картинка

Marauders. Brand new world

Объявление

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders. Brand new world » Флешбеки » Если выпит сомнений сок...


Если выпит сомнений сок...

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Если выпит сомнений сок...


Закрытый эпизод


http://s3.uploads.ru/t/Dzyop.jpg

Рыцари (+нпс), НПС лоа Дамбалла

20 и 28 декабря 1978

Ставка/Лестрейнж-менор, комната Тома Риддла

Не много вудуистких ритуалов на благо Милорда, и прелюдия к ним

0

2

Рикард ловит Антонина и Эдварда еще утром, когда уходит от Тома, и говорит что надо кое-что обсудить. Это уже почти кодовая фраза: «что-то» - это пагубная привычка Тома резать себя на крестражи. Иногда они собираются втроем и говорят об этом: с того самого момента, как Том воскрес в шестьдесят восьмом.
    Вечером они встречаются «у Тони» - в его личной комнате в ставке. Лестрейндж крутит в руках записную книжку: он нервничает и боится что-то забыть: а за сегодняший рабочий день, он сделал, что называется, «домашнее задание» и пришел на встречу подготовленным. Он почти уверен, что не он один. Потому что и Долохов и Мальсибер знают о жуткой смерти бедного Уильяма, а значит тоже могли сделать свои выводы.
   Он садится на стул, развернув его спинкой вперед и скинув на эту же спинку мантию, складывает сверху руки, все еще не выпуская книжку, и обводит двух своих собеседников взглядом. На их первый подобный разговор это совсем не похоже.
   Потому что в первый раз он говорил сначала отдельно с Антонином, а потом с Эдди, и лишь убедившись, что оба согласны провел переговоры на троих. Тогда они просто порешили следить за состоянием драгоценного Милорда, и Рикард стел разрабатывать ритуал. Сейчас тот был уже готов. Для него даже были готовы ингредиенты.
   И последний лежал сейчас в записной же книжке, во внутреннем  магическом кармашке, что был не многим больше самой книги: колбочка с кровью. Попади эта колба к их врагам, и все могло бы закончится весьма печально, хоть и не смертельно. Даже обладая его кровью – Тома было почти невозможно убить*.
   Оставалось надеться, что тот нервничал дальше больше, чем сам Рикард и ничего не заметил.
- Мы говорили вчера с Томом о смерти Уильяма. Из его слов следует, что он не помнит факта убийства: как, зачем, что. И это не первый раз. Я не могу сказать что это, но уверен в двух вещах. Первое: мы не можем больше откладывать, стоит посвятит в проблему остальных и провести ритуал, который не позволит ему снова создавать крестражи. Второе: рецедив может произойти снова. Но умирать Том не должен. Я бы связал эти выпадения именно с первой его смертью. Это похоже на некоторые практики вуду, и на то, как описывают первых оммедзи, что уничтожили свою целостность пытаясь вызвать как можно больше шикигами. Но все равно другое, потому я пока не могу сказать, что именно это было.
  Пальцы вертящие книжку замирают.

*добывание крови согласованно

+4

3

Сегодня комната закрыта на общую кровь и, кроме Рыцарей, вломиться сюда не сможет, пожалуй, даже Лорд. Тони очень надеется, что проверять это не придётся - не потому, что сомневается в своих барьерах, он просто совершенно уверен, что, наткнись на такое, Том категорически обидится и пережить им это будет куда сложнее, чем просто злость, метание круциатусов в подвижные мишени или возможную Аваду. Ну что там, в конце концов, той авады - помер и лежи себе. Обижаясь же, Милорд настолько походил на нормального человека, что можно было вполне обмануться и начать с ним взаимодействовать этически... после чего только в гроб - совести и прочих понятий об этике в Томе так и не было вовсе, но обижался он искренне и сильно, как обижаются дети, когда взрослые не дают им вычерпывать свои глаза ложкой: практически необратимо.
Тони сидит на стуле, рукава его рубашки закатаны, а на столе перед ним и чуть сбоку - просторный аквариум, новшество последних дней, полное разноцветных, ярких ящерок, меняющих окраску как придётся - Долохов внимателен, на все слова Рикарда он только кивает: он согласен, согласен давно и давно уже готов участвовать в этом заговоре, но не готов подталкивать туда Лестрейнджа - ежу понятно, Рик при случае огребёт сильнее всех их.
Тем не менее ощущения от Метки, которыми Том "порадовал" его в последний раз Тони категорически не нравятся.
- Я поднял старые записи по восточным архивам, есть вероятность, что после его второй смерти никакой ритуал уже не спасёт. Болезнь это, наследственность или последствия первой смерти - с каждым новым кругом человеческое закономерно будет теряться, так что я за ритуал. Но против того, чтобы в явной форме участвовали все шестеро: мы действуем на грани допустимого и Том может среагировать: у него должно остаться хоть сколько-то Рыцарей, не... замаранных в ритуале, иначе мы его потеряем. Безопаснее, если у них будет алиби...
Тони не говорит это вслух, но разменять всех шестерых на один ритуал очень щедро - для такой щедрости они недостаточно богаты.
- Всё остальное готово...

+4

4

- Он – сюзерен всем нам шестерым.  Да, глупо класть все яйца в одну корзину, - Эдвард как обычно рубит с плеча то, что не слишком хотят говорить остальные, манера у него вести диалог та еще. Но мальчишка Крейтон был один из тех, кого он вывел на вербовку он, так что тут нет смысла отмалчиваться и делать вид «ах, это нужно намекнуть, а об этом итак все знают, а вот это всуе говорить и вовсе не стоит». Причем – даже с остальными Рыцарями.
В конце концов, колдомедики у них были народ особенный – одно дело Руди (который мог скальпелем одинаково виртуозно и спасти, и расчленить) или его сын (только расчленить), но совсем другое – такие как Уилл. Он был как раз из тех единиц, к которым можно было тащить покалеченных в боях товарищей с криками «но не в Мунго же!» в любое время дня и ночи. И из тех, к кому еще и с простудой приходили, чтобы на посту не смущать покой господина.
И по сути Эд бы слова не сказал, если бы Том убил мальчика сам, просто так – просто из-за того, что не с той ноги встал. Но – в здравом уме и твердой памяти.
И потому – повод для паники для прочих рыцарей был отличный. Объединяющий фактор весьма и весьма мощного калибра.
Одно дело – остановить повелителя во труде разрушения себя, но другое не менее важное – спаять их друг с другом еще крепче. Этот вариант упускать было бы глупо.
- Но круговая порука. Это касается каждого – и хватит по этому поводу шептаться по углам. Не говоря о том, что участвуй, не участвуй – все равно Том не станет разбираться и искать того, кто прав, а кто виноват, - Мальсибер трет глаза. Прямо сказать, характер у Тома мягче с годами не становится ни на йоту, скорее наоборот – и если бы по юности он еще бы долго разбирался на счет того, кому же из рыцарей пришла в голову сия славная идея, то теперь скорее всего он ощутимо порубит из в капусту сплеча, не слишком анализируя, кто из них был зачинщиком, а кто вообще подчинился стадному инстинкту, кто был против, а кто – вообще не в курсе, что творится. – И потом, даже если что случится – ну останется у него кто-то, кто не знает всей сути проблемы… Это и будет потеря, - Эдвард качает головой задумчиво. – Том итак нам верит постольку-поскольку, я не думаю, что ситуация усугубится от еще одной тайны.
Мальсибер не озвучивает, что это им он верит частично – параноик Лорд тот еще, а его подозрения только потому не притопили ни одного из них, что он знает прекрасно – Рыцари структура такая, сама себя отлично регулирующая. Опять же, Рикард-то предан ему, Тому, до безумия. Тони тоже (причем до безумия – в буквальном мысле), но Долохов всегда был себе на уме среди них, а вот Лестрейндж – это у Тома основная «рабочая» сила в плане того, чтобы держать всех привязанными к себе.
И соответственно… Рику важнее всего уберечь Тома от самого Тома же – неважно, что он сейчас скажет им, неважно, что он скажет и остальным – цель у Рикарда совершенно личная и непрактичная. Том ему друг, брат, мальчишка, которому он протянул руку много лет назад. Тогда они не знали, чем это кончится, а сейчас… Что бы сказал сейчас Эд тем юным болванам? Бежать от сироты без роду и племени?
Нет, скорее – держать его крепче.
- Будет хуже – это точно. Собрать Тома обратно – говорится в некоторых книгах, что можно, но это совершенно не наш вариант, да и это все еще может его убить, теперь уже бесповоротно.  Я согласен на ритуал, не уверен, что это поможет, но зафиксировать ситуацию на уровне, когда наш Лорд безумен, но еще не как мартовский заяц – неплохая мысль. Явно же мы будем все участвовать или нет – знать о ситуации должны все.

+5

5

Рикард трет переносицу – этот жест как обычно выдает, что он нервничает, что беспокоится, что ему не очень уютно, и иногда даже огорчение – он и сам не рад, что они сейчас собираются не вшестером, а троицей. Что как-то так исторически сложилось, что этим двоим он доверяет больше. Такова реальность слизеринской дружбы. То из-за чего Тони всегда будет на них коситься и кривовато улыбаться. А иногда может быть даже презрительно бросать: «хогсвартс», как будто все вышедшие из стен дурма как на подбор благородные рыцари без страха, упрека и пыль боится оседать на подошвах их сапог.
   Поймав себя на этих мыслях Рикард недовольно поморщился: если, он начинал думать так раздраженно и саркастично в адрес убеждений своих друзей, то это значил, что он действительно напуган или действительно зол. Как сейчас, когда, вряд ли собираясь поставить его на место судьи, но проголосовав за разные варианты они поставили его перед необходимостью сделать выбор самому.
- Я в любом случае собирался взять на себя всю вину. Максимум на что соглашусь это на то, чтобы Тони тоже помахал флагом «Я помогал» - потому что удержать тебя все равно невозможно. И это не я у вас от природы такой жертвенный, я просто хочу понять действительно ли это одержимость – и для этого мне нужно спровоцировать «демона», если хотите. Я вудуист и владею кое-какими навыками оммедо. Если это не вторая личность, не какой-то иной психический феномен, связанный с тем, что Том единственный маг, разделивший себя на несколько хоркруксов – то я легко это пойму. И возможно разберусь и как от него избавится.
   А том, что у него – как у настоящего слизеринца – есть запасной план на случай, если Том в трезвом уме и памяти решит, что имеет смысл прекратить его существование, Рикард решил не говорить. Эту мысль он держал в самом дальнем закоулке своего разума, и если бы мог от нее избавится, то уже сделал бы это, но не мог.
    Том сам своими хоркруксами дал ему в руки метод.
- Я бы дал им самим выбрать знать или не знать: в конце концов, Эд, ты всегда можешь избавить их от того, что они не хотят помнить. А мне хотелось бы больше доверия между нами.
   «В конце концов мы – друзья, или как это называется?»

+5

6

Антонин качает головой, - он совсем о другом. Наверное не до конца вынырнул из своих мыслей, и вот - сказал недостаточно понятно, словно сам  себе, а не братьям, которые мыслей его всё же не читали...
- Я не о том, что братья должны не знать. Я о том, что ... Том не знает, что мы можем действовать как единый "организм", и этот "организм" сильнее каждого из нас по отдельности. Мы никогда не показывали ему этого и мне кажется неверным демонстрировать эту особенность его Рыцарей сейчас. Он может обидеться... а может решить, что мы ему угрожаем. Просто потому, что на нашем месте он бы - угрожал, не сомневаясь ни секунды.
Рассуждение Тони просто как вчерашний день - дать понять Тому что они рискнули соревноваться с их Милордом и сюзереном нельзя ни в коем случае, Том просто не тот человек, что потерпит даже иллюзорную конкуренцию. Не сейчас, когда он и так основательно разобран.
- Я, кажется, единственный из нас могу черпать силы из посторонних против их воли, так что я в любом случае буду махать флагом "я помогал" и делать вид, что я тут источник дармовой энергии для Риковых планов. Иначе Том мгновенно поймёт, кто именно кому помогал на самом деле. Это не отменит ни круговой поруки, ни доверия между нами, ни даже кары и мести, но сделает участие всех остальных менее заметным для нашего обожаемого Повелителя. Для того, чтоб между нами было доверие вовсе нет необходимости "пропалиться" всем поголовно.
Впрочем, это Тони уже почти что машинально, - и так понятно, - случись им попасться с поличным (а Рикард явно намеревается попасться -
странное желание для слизеринца) - разбираться Том не будет. Но вдруг? Мало ли что...
На этом самом "вдруг", как на эпическом "авось, была не была" Тони строил изрядный кусок своего мировоззрения и расставаться с ним в пользу отчаянной стройности и мрачной логичности окружающего мира не собирался.
Пока же он расслабленно покачивался на стуле в такт мирового масштаба заговорам... с одной стороны ему импонировала методичная организация, обкатка деталей, с другой... с другой он уже чувствовал подступающий кураж и вдохновение - долготерпение на самом деле не было сильной стороной Долохова и этот вот план уже стучал ему в сердце, словно навязчивая идея - Антонин с ним вставал и ложился все последние дни, не переставал думать о его деталях где-то там, глубоко посреди всяких ежедневных мыслей, вынашивал терпеливо, словно сам был им в тяжести, и теперь не давал признакам нетерпения разгораться внутри, смиряя их умелой рукой, но все же истово алкая разрешения от многолетней давности замыслов:
- Если мы договорились о доверии, осталась дата и время?

+2

7

- Рик, ты сейчас серьезно? – все же не выдерживает Эдвард, а потом почтенно примолкает, только лишь качая головой, пока говорит друг. И второй друг – тоже.
Нет, в общем-то верно они говорят, хотя все это можно уместить в краткое: «так больше нельзя» и «Том нас за этой убьет».
Собственно, обе проблемы связны друг с другом и Эдвард неожиданно думает, что не с того конца он в принципе подошел. Что ж, меж троими верное решение выносить не сложнее, чем между шестерыми, но в любом случае… Рикард заканчивает говорить, а Эдвард лишь задумчиво покусывает мякоть большого пальца левой руки, вертя его план так и этак.
Сознательная его часть – Эдвард Мальсибер, почти брат Рикарду Лестрейнджу, друг Тому Риддлу и Тони Долохову, очень шумно и многословно ругается, костеря то Рика, то Тома, то как-то неожиданно подвернувшегося Дамблдора, что не доглядел за малолетним любителем темной магии.
Рациональная же часть вертит план Рикарда как занятную детскую игрушку, паззл, что собирается лишь при нажатии на определенные рычаги. Он качает головой.
А головоломка-то неплохо складывается. На самом деле – как бы не претила ему совершенно самоубийственная мысль Рикарда, как бы ни старался перетянуть вину на себя и Тони, но идея-то в целом… В целом отличная идея.
- Пожалуй, сейчас я готов признать, что погорячился и меняю мнение, - тихо говорит Эдвард, глядя чуть в сторону, между друзьями. Ему кажется, что в голове сейчас щелкают мозаичные кубики. – Остальным ничего не нужно знать явно. Я больше скажу – и постфактум мы говорить им не будем. Тони у нас – дармовая батарейка, а странную непонятную активность с энергией я перед остальными уж как-нибудь прикрою, не развалюсь. Опять же, сейчас по большей части наши собратья не проводят ничего ресурсоемкого, не обеднеют от денька слабости. Кто разберется, откуда ветер дует и к нам придет – ну, с тем и поговорим, если что – и память сотрем. А дело вот в чем, - Эдвард переводит взгляд почему-то на Тони. Собственно, не почему-то – причина проста и понятна: Тони не было рядом, когда все начиналось, а что до Рика… тот и сам все знает, иначе не предложил бы именно такой вариант. – Наш дорогой милорд как ты верно заметил, весьма обидчив, а обижается он так, что потом можно на пепелище сады разбивать. Но Рик для него – дело особое. Это ведь Рикард начал объединять то, что сейчас является Рыцарями. Ну, кроме тебя. А Том впоследствии это технично отжал и стал сюзереном. Но Рик это все равно наш… скажем так, социальный клей, это как… фаворит, как первый рыцарь. Равный прочим, но равнее. И уж если кого Том и решит заподозрить в соперничестве с ним, то это его. А тут еще такая штука: из всех, Рикард первый поклялся ему, да и сейчас он к нему ближе всех. И я даже этому не удивляюсь – так всегда было, а Том не из тех, кто меняют отношения по щелчку пальцев. И потому это отличный план, чтобы увести остальных из-под удара, даже тебя. Потому что злиться Том будет не первопричину и зачинщика. Он, скажем, не слишком высокого мнения о людях кроме себя, а Рику посчастливилось быть в его глазах чуть лучше прочих, - Мальсибер замолкает на пару мгновений. Да, Том, пожалуй, только Рикарда бы и посчитал способным на заговор, собственно… вот оно и есть. Рик это все и придумал. Только Том причин, пожалуй, не поймет, пока его носом не ткнуть.
Для Тома понятие «ради кого-то» это нечто абстрактное. «Ради себя» - от даже ради других делает «для себя». А вот чтобы в ущерб себе и для кого-то… Нет, тут его пока Рик носом не ткнет, что боится банально его потерять и что эта потеря утопит их всех – тут их Лорд и не поймет.
Но кто-то, а Лестрейндж это объяснить сможет, то есть… а кто, если не он-то? Эдвард трет лоб.
- Ты ведь понимаешь, что он может посчитать это за предательство? – смотрит он в глаза другу и даже безо всякой легилименции, по одному только выражению глаз отлично понимает – Рик плевать на это все хотел. – Он может посчитать это за предательство. Том вообще ненавидит, если что-то делается без него и за его спиной, а если уж это «что-то» относится к нему самому… Я надеюсь, что ты знаешь, что делаешь. Потому что Том ведь сначала заавадит, а потом будет убиваться и жалеть, - Эдвард передергивает плечами. – И если ты все еще уверен, что это не нужно представлять, как наше общее «рыцарское» решение и готов расхлебывать последствия – то я всецело за. Это самый лучший из всех вариантов, - Эдвард не озвучивает, что этот вариант будет лучшим даже если Рикард выпьет эту чашу скорби до дна самостоятельно.
Он думает о том, что даже если в принципе не показывать Тому и всеми силами скрывать, что они это сделали – это недолговечно и бесполезно. Если тайну знают двое, ее знают все. И даже если Эдди сможет убрать ее из разума Рика, то останутся они с Тони (разум Тони трогать бесполезно, а Тони убрать у Эда это все не сможет). И потом, все равно всех концов в воду не спрятать.
Мальсибер качает головой и в итоге чуть расслабляется. Так, дело решенное.
- Да, время и место. И еще – что тебе из контрабанды нужно, достать, думаю, сможем в кратчайших срок, если что – магглов привлечем, они в этом плане весьма толковы.

+4

8

Рикард не ожидал, что они так легко согласятся с его «Я возьму все на себя». Хотя почти не сомневался, что из остальной троице его мысль точно одобрит Леонард, и осудит Теодор… а вот Колин может и так и так, смотря, что он для себя решит.
- Я полностью серьезен, Эд, Я не стал бы с этим шутить. Никогда, - он передернул плечами, -  Пусть Том считает, что это наша с Тони инициатива. Он поверит в это, что все равно мы в первую очередь делаем это ради него, и не впутывали вас, чтобы ему было на кого опереться, и чтобы у вас не было последствий из-за нашего решения.
   Лестрейндж на самом деле уверен, что Том – сам по себе Том – подуется, доставит ему ряд неприятных дней, но потом отойдет и охотно простит. А вот тот, кто убил колдомедика… Этот персонаж может отнестись к происходящему совсем иначе.
- Я переговорю с остальными, или можем сделать это втроем. Но я настаиваю на том, чтобы их посветить в план. Чтобы они не чувствовали себя на переферии, когда Том отреагирует на наши действия. Мне нужно не так много, но довольно редко. Я буду обращаться к Дамбалле и Легбе. Для первого – принципиален белый цвет всех жертв. Белые мыши, слоновая кость, совы, мука, соль, молоко, вода. Жертвы Легбе я достану сам. Пока для меня сложность лишь с мякотью кокоса для Дамбаллы и словновой костью. Я предпочел бы проводить в определенный день. Это четверг. То есть нам из ближайших подходит двадцать восьмое декабря, а так же четвертое и одиннадцатое декабря. Четвертое точно отпадает. Двадцать восьмое… успеем ли подготовится? Одиннадцатое почти через месяц, - Рикард потер переносицу, - Что вы думаете. Место проведения – мое  поместье, комната в которой он жил, это единственное подходящее нам место, кроме его комнаты в Ставке… Мне понадобится его кровь, но ее я достану сам.
Ибо, Эдвард даже не подозревает насколько он прав, и как много может себе позволить Рикард. «Ты еще не разу не позволял… Так что можешь, пока только теоритически.» 

+2

9

А Тони просто плохо понимает, о чем тут спорить: если Рикард решил взять на себя, он возьмёт, если Эдди решил, что так правильно, он промолчит, а если он, Долохов, решит, что Рику лишнее получать одному, - он вмешается. Уж вывести Тома из себя до того, как Лестрейнджу прилетит у него все шансы есть, примерно ясно как и когда это надо сделать, чтобы... Милорд же тоже не магический и бездонный колодец с говном, чтоб каждому хватило, - на деле у Тома почти ангельский характер. С поправкой на его личность и уже проведённые над собою эксперименты, но всё могло бы быть значительно хуже.
Антонин примерно представляет себе, насколько хуже всё могло быть и регулярно благодарен судьбе, что их Милорд не там. То есть по уши, конечно, но не там и не хочет там быть, а то уже давно бы с радостью булькнул.
Собственно, только поэтому Тони и лезет в этот "заговор" - он-то уверен, что Том не хотел бы. Если бы мог не хотеть - не хотел бы точно.
Так же как если бы Рикард мог не хотеть огрести за всех, - он бы не хотел.
Здесь желание и нежелание было почти что главным. А еще грядущее рождество.
- Одиннадцатого я могу оказаться не в форме. Давайте попробуем успеть? По крайней мере с кокосом проблем не будет, в Германии это традиционный компонент рождественской выпечки, так что если годится стружка и контрабанды не надо - в любом магазине просто за деньги. Молоко, соль и мышей могу достать там же. Это вопрос финансов. Остаются совы и слоновая кость. Много сов?
Совы, это, конечно, не так уже очевидно, но за неделю можно всё. Начиная с набега на магловский зоопарк и до забега по норвежским лесам, если Рикарду совы нужны пучками и килограммами. Совы, мыши, кокосы... и уладить семейные дела, чтоб не отвлекаться на ненужные мысли.
Антонин встает, стул жалобно протестует.
- Мы договорились же, верно?
Он далек от размышлений, которыми полна голова Эдди, скорее сейчас он дерётся просто потому, что дерётся. И тот-кто-убил-колдомедика его совершенно не пугает. Скорее дразнит, нехорошо дразнит, словно гончака дразнит лисий след.

Отредактировано Antonin Yu. Dolohov (2017-12-11 15:45:41)

+2

10

- Договорились, - Мальсибер внимательно следит что за Тони, что за Риком. – Совы, кокосы – сколько нужно и чего нужно. Достанем все, это совершенно не проблема. Если нужно – будет завтра, - Эдвард помечает себе весь список «жертв» Совы, мыши – это вам не девственницы-блондинки, ничего сложного. – Если что-то потребуется сверх того – сразу говори, - он кивает Долохову на его мысль о стружке кокоса. – Если не пойдет стружка – есть связи, нам переправят ящик свежих. Ни о чем таком не волнуйся, - Мальсибер поводит черту для себя на этом разговоре и смолкает, думая.
Он не разбирается в вуду совершенно, но отлично разбирается в Рикарде Лестрейндже. То, что тот задумал – это не будет опасно для них, для рыцарей. Не тот ритуал, что требует от выполняющих его бояться. Но только вряд ли это вот все – молоко, ткань, мыши, совы, кокосы – это настоящая жертва. Скорее, часть ритуала – как в кельтских травы, так и тут.
Это все лишь подводка, всего лишь источник энергии – чтобы получить контакт, и чтобы обратиться к высшей силе. Плата же… Эдварду не слишком нравится то, что он думает на ее счет. Не будет ли платой пропасть, что проляжет между ними – Рыцарями и Лордом? Пропасть будет все равно – она, в конце концов, уже есть. Но сейчас они могут дотянуться до Тома и сказать ему, где он не прав. А этот ритуал – не станет ли он сам точкой невозврата для них? Да, Том никогда не был им другом – в том понимании, которое вкладывают в это обычные люди. Том так не умеет – и не его вина, что не умеет, он так устроен. Том не был другом, но был с ними. Лордом, сюзереном – связанным с ними крепкой нитью, повязанным все той же круговой порукой, что и они все. Но Том отдалялся от них – и, быть может, то, что происходит с ним – и есть та грань, от которой нельзя поворотить все вспять. А, может, и нет. Может быть это они сейчас подписывают собственной верности смертный приговор.
Пусть так – но Рик прав. Нельзя больше просто стоять и смотреть, ждать, что это все покатится в бездну: то есть, станет еще хуже, еще страшнее, еще опаснее.
Эдвард думает о том, что он из них сейчас ближе всех к другим – у Лестрейнджа-то давно нет ничего кроме Лорда, он весь на его стороне, с самого начала и с потрохами. Оба его сына, семья старшего – Рик не пожалел ничего и никого в эту войну. Тони… Тони в принципе был вещь в себе – у него была своя особая личная жизнь, к которой Лорд рук не тянул. Эдди же… он был как остальные рыцари – верность верностью, но и семья – семьей. Тому это, пожалуй, не нравилось – но он понимал, что их-то он и держит крепче прочих. Личную преданность он не понимал, но страх…
Эдвард боялся, что страх и удержит остальных от верного решения.
Но – он надеялся – был шанс, что страх их и толкнет к важному решению. В конце концов, безумец, который распоряжается их судьбами – это хуже, чем… чем просто Том.
Просто Том, который способен сломать их мир.
Пусть лучше уж то будет прихоть, чем безумство.
- Давайте как можно скорее. Лично я готов ко всему. Но отрубать собаке хвост по кусочкам – та еще затея. Давайте уж разом. Раз уж мы настолько ту собаку любим… так будет честно, - Эдвард метафорично выразил свое мнение на тему морального здоровья других Говорить с каждым по отдельности и ждать их решения – не выход. Лучше уж ставить перед фактом.

+2

11

Сов было нужно не много. Одна белая. И лучше магическая. Она перейдет в Его бесконечную свиту, как символ мудрости.  А мыши любимая еда Дамбаллы вместо с молоком. Рикард тратит пару минут, рассчитывая сколько времени им понадобится, и расход жертв на поддержании физической формы духа, им раздает указания сколько кому  стоит достать.
   Он все же - не смотря на мнение Эдварда - говорит с каждым из оставшихся рыцарей. Нотт и Розье соглашаются на авантюры, при условии что им надо будет лишь держать братьев за руки в круге. А Эзра* предпочитает остаться в стороне.
   Добыть кровь не так просто, и не из-за самой процедуры: она как раз проста до предсказуемости. Скорей из-за того, что закрывать свой разум с помощью вуду подозрительно, а думать о чем угодно кроме ритуала трудно – Том же хоть и не имеет привычки дневать и ночевать в его голое, но всегда может передумать и прочитать пару лишних мыслей. Это даже чудовищно – степень доверия Риддла к нему. Случайная ранка, платок, и заклятие вынимающее кровь из него в колбу, перед тем как сжечь ткань.*
  И в нужный день все пятеро – все рыцари, кроме Эйвери – встречаются в поместье Рикарда. Сыновья и невестка каждый на своей работе. А Лавиния с внуками – она проводит с ними последние часы очень много времени.
   Колин и Теодор не слишком разговорчивы: им не терпится прервать ожидание, завершить ритуал и выдохнуть. Словно Том в любой момент может войти и посмотреть на них с ироничной улыбкой.
   Рикард знает, что не войдет. Его метка спокойна, а значит, Лорд даже не подозревает. Но все равно ему слегка не ловко вести их в свои аппартаменты, в гостевую комнату Тома, в которою около десяти лет никто особенно не заходит, только домовики поддерживают все в безупречном порядке, но все равно есть ощущение, что хозяин не давно вышел. Особенно учитывая привычку Тома держать все свои вещи именно так, как они здесь лежат.
За руки держатся, образовывая круг совершенно не обязательно. Их связи побратимов более чем достаточно.
Рикард рисует «веве» - на сей раз две сплетенные. Он не будет призывать Легбу в теле, но присутствие его все равно обязательно при договорах такой силы. Что-то вроде третейского судьи. И хоть он приходится Дамбалле младщим, тот все равно признает его решение.
- Раскладывать подношения можно в любом порядке, - Рикард встает и отряхивает руки, глядя на рисунок на белой ткани, - Тут.

*С Эзрой и Томом согласованно. Остальные рыцари поступают так, как поступили на усмотрение мастера

+2


Вы здесь » Marauders. Brand new world » Флешбеки » Если выпит сомнений сок...