картинка

Marauders. Brand new world

Объявление

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders. Brand new world » Законченные флешбеки » Все, что я скажу будет использованно против вас


Все, что я скажу будет использованно против вас

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Все, что я скажу будет использованно против вас


Закрытый эпизод

Рикард Лестрейндж, Руфус Скримджер

21 января 1979

Мунго

Глава отдела тайн похищен и возвращен, у него на руке пожирательская метка. Допрос Главой аврората.

0

2

Доверить допрос главы другого отдела Скримджер не мог бы в любом случае. То, что они с Рикардом старые друзья не было ни для кого секретом так же. Иногда желаемое и действительность сговаривались друг с другом, брали под белые руки здравый смысл и дружно шли в одном направлении. Только конкретно сейчас Руфус не был уверен, что он действительно хочет этого разговора. Просто потому что... Потому что если Лестрейнджа похитил кто-то кроме Пожирателей смерти - то проблема метки все равно остается. Но, хорошо зная старого друга, он был уверен что все не так. Что был план. И этот план воплощен в жизнь. И ему, Руфусу, предстоит играть по чужим правилам с небезразличными ему людьми. А он терпеть не мог играть по чужим правилам.
Скримджер кивнул охранявшим дверь палаты аврорам, вздохнул, одернул форменную мантию, вежливо, но твердо постучал и вошел, не дождавшись ответа.
- Мистер Лестрейндж, добрый вечер.
Запер дверь палаты. О том, что бы их не подслушивали позаботяться авроры. Надежнее, конечно, было бы в его кабинете - но, увы, приходится довольствоваться тем, что имеем.
- Как ты себя чувствуешь?
Глава аврората устраивается на стуле рядом с койкой главы отдела тайн и взгляд его действительно искренне сочувствуеющий.
- Я знаю, что для тебя делают все, что в силах Мунго. И, все же...
Он вытащил из внутреннего кармана пакет с несколькими яблоками. Дань традиции - к больному с фруктами. Или выпечкой. Изменять традиции Руфус не собирался. Как и сразу набрасываться с допросом. В первую очередь, не смотря ни на что, они были друзьями. Во вторую - он хотел оттянуть неприятный момент.

+5

3

Пробуждение у Рикарда не из приятных, он не знает, что именно делал с ним Тони под конец, и как именно отправил к его противникам на страже «закона» и, быть может, света.
   Но ему плохо и больно. Кажется пошевелить рукой настоящая пытка, но он все равно поднимает руку и долго смотрит на свое предплечье. Касается знакомого рисунка пальцами, словно видит в первые, словно все еще не верит, что тот здесь. Интересно, за ним наблюдают? Наверняка.
   Наверняка, наблюдают. А потом входит Руфус, и Рикард опускает руку, чуть  морщится от ноющей боли в мышцах, а потом улыбается главе аврората, уверенный, что тот сперва – друг, а потом только своя должность.
- Ты не поможешь мне сесть? Я так себя чувствую словно стал лет на семьдесят старше, - он коротко улыбается, но щека нервно подрагивает как и пальцы, - Сколько дней прошло? – коротко спрашивает Рикард. И правда не знает.
  Он смотрит на яблоки и улыбается, задумавшись на минуту, а почистит ли их Руфус ножом от кожуры, чтобы потом порезать на маленькие дольки для больного. В этом жесте есть что-то домашнее и уютное.
- Спасибо за фрукты, - он устало жмурится, - Если ты поможешь мне, я мог бы извлечь свои воспоминания о произошедшем. Мне будет проще, если ты посмотришь и потом спросишь, чем если я попытаюсь рассказать, - он потер горло, удерживая любопытный вопрос, но потом все-таки не смог, - Как вы меня нашли?
   Это в общем-то рискованная игра: и для Рикарда куда важнее сохранить хорошие отношения с Руфусом, чем просто выйти  сухим из воды. Любой хороший адвокат без труда вытащит его на основании его показаний его вытащит. Хотя всегда был риск давления Крауча, но министр расположен к Рикарду.
   Сохранить расположение Руфуса важнее. И Рикард попробует это сделать.

+4

4

- Да уж, такие развлечения не добавляют здоровья. - Руфус усмехается, поднимая друга и помогая ему устроиться удобнее. Разговаривать из положения лежа не так просто. Скримджер уже видел отчет медиков, и прекрасно понимал в каком Рикард сейчас состоянии. - Сутки, даже больше. Тебя доставили в разных коробках, соединенных порталами. Нам - ноги, в Хогвартс голову, в твой отдел - все остальное.
Это не было секретной информацией, а Лестрейндж все еще колебался в статусе между подозреваемым и пострадавшим. И следующее предложение только больше убеждает Руфуса, что... не случайно все это. Быть может, не будь у него подозрений - он бы списал все на то, что Рикард - умный мужчина, прекрасно понимает что глава аврората не яблоки занести пришел. И, все же, слишком поспешно он предложил вариант. Очевидно, тот вариант, который устраивал его самого.
- Хорошо. - Скримджер вытащил из кармана бутылек для мыслей. - Потом я попрошу тебя сдать палочку.
Поставил все на столик у кровати, сам взял яблоко, очищая его от шкурки и разрезая на дольки. На Рикарда он не смотрел - не хотел. Игры. Игры по чужим правилам. Между Министерством и Пожирателями, а играют - им, Руфусом. И правила ни той ни другой стороны не устраивают. Но есть ли выбор?
- Мне придется попросить тебя о проверке легилименцией. - Спокойно и ровно, протягивая яблочные дольки. - После того, как посмотрю.

+4

5

Рикард благодарно кивает, улыбается – тенью прежней улыбки – слабой и болезненной. Он моргает, но открывает глаза чуть дольше, чем этого требует. На самом деле ему тяжело собраться с мыслями… Тяжело думать, и в этой ситуации надо следить за собой. Потому он решает даже слегка гипертрофировать то, что происходит с ним сейчас. Думать еще чуть дольше, мучительно собираясь с  мыслями.
  Его передергивает, когда Руфус сообщает как именно его привезли. «Ну ты и фантазер, друг мой».
- То есть… да… пожалуй даже логично, - говорит он сам себе, - Но я мог умереть, если бы вы не вытащили меня. Спасибо, Руфус, - Рикард опирается на подушку, - Конечно, ты получишь мою палочку обратно. И в общем я рассчитывал, что ты именно легилименции и поможешь мне извлечь все воспоминания правильно. Ты знаешь… я не ментальщик. А сейчас еще и голова… как будто соломой набита, - он явно хочет сказать что-то еще, но потом прерывается, - А палочку вернули со мной? Она здесь? Я слышал… профессору МакГоногалл ее не отдали… - его голос затихает неуверенно, - Хотя, конечно, слухи…
   Потом Рикард снова улыбается, и протягивает руку за яблочной долькой. Он ест ее медленно, старательно, словно боится что она убежит и глубоко вздыхает.
Для легилименции от тебя я должен что-то подписать? Вроде добровольного согласия? Или я теперь подозреваемый?
  Глава отдела Тайн чуть жмурится. Он не сомневается, что в случае его провала, его вытащат. Том не позволит ему находится здесь дольше, чем нужно – в этом Рикард уверен. Хотя на самом деле… когда Том узнает. Ладно, эти мысли сейчас надо выкинуть и сосредоточится на воспоминаниях о том, как его пытает Антонин Долохов. Бывший- ключевое слово – друг.

+3

6

Руфус смотрит на Рикарда и не особо верит его действиям. То есть нет, в том, что ему плохо - нет сомнений. Он даже не сомневается, что в воспоминаниях все будет выглядеть достоверно. Не того уровня люди, что бы подставляться так глупо.
- Нет, палочку не вернули. Я хотел дать тебе свою.
Говорит просто, и для него, для Скримджера, это действительно просто. Лестрейндж не сделает ему ничего. Даже если захочет. Потому что прекрасно знает, что выхода от сюда нет. И вряд ли фигура того уровня, что бы жертвовать собой ради какого-то главы аврората.
Руфус ловит себя на этой расчетливой мысли и едва ощутимо морщится. Нет, не так. Он дал бы ему своб палочку, потому что считает Рикарда другом. И доверяет ему. Свою жизнь. И не только жизнь.
- Подпиши эту бумагу. - Передает вытащенный из кармана свиток и перо. Интересно, будет читать, или на слово поверит? Пока причин не верить нет. Пока нет.
Отвратительная история. Отвратительная ситуация. Слишком.. Слишком сложно. Слишком не правильно.
Вздыхает коротко. Прикрывает глаза. Принимает бумагу из рук Лестрейнджа.
- Теперь просто расслабься. Обещаю, больно не будет.
Берет его за подбородок и смотрит в глаза, направляя палочку.
Да, легилименцией можно сделать больно. А можно - не причинять лишнего вреда. Что бы сам Руфус ни думал - он не собирался делать плохо Рикарду. Просто не собирался.
Интересно, если бы было нужно, смог бы он кинуть в него круцио? Не лучшая мысль не в лучшее время. Но где-то глубоко в душе Руфус знает ответ. И этот ответ ему совершенно не нравится

+5

7

Он смотрит на бумагу, пытается сфокусироваться. Но слова расплываются, и Рикард улыбается все-таки подписывая ее. Будь это кто-то другой, ему бы пришлось долго ждать, пока Лестрейндж смог бы прочитать все, но Руфус никогда не станет так низко играть. Не по Скримджеровски это.
Рикард морщится, рвано выдыхает, когда виски обжигает болью. Сейчас ему требуется сосредоточится, чтобы позволить Руфусу увидеть то, что хочет знать. И он открывает все от момент как он застегивает свою форменную мантию, до момента, как отрывает глаза в больничной палате. Если Руфус захочет пройти дальше, то у Лестрейнджа есть для него еще россыпь воспоминаний словно картонных монеток. Его сын листающий перед кудрявым внуком книжку с картинками, и сразу рядом, уцепившиеся за – такие же кудряшки, у Рудольфуса, когда он был младше лет на двадцать. Жена, танцующая с ним на рождественском приеме в министерстве. И еще, еще от прелестной и умной рыжей ассистентки до портрета отца , с глазами которого он постоянно встречался, когда поднимался по лестнице. Он надееться, что Скримджер не попытается прорваться дальше. Туда, где его будут ждать белые чешуйчатые кольца лоа Разума.
  Когда его воспоминание оказывается в колбе – наверняка, его еще покажут и министру, и Краучу и кому еще из Домп – Рикард выдыхает. Он словно снова пережил столкновение с Тони в амплуа врага.
- Мне… не верится, что он использовал на мне круцио… - как-то потеряно и совершенно искренне произносит он. Кроме его вспоминаний этот факт должен был быть отражен во врачебном отчете.

+4

8

Руфус только усмехается, когда Лестрейндж не глядя подписывает бумагу. Что ж, он правда слишком предсказуем. В этом вопросе. А еще - ему до сих пор доверяют.
Короткое заклинание - и он погружается в чужие воспоминания.
Никаких своих эмоций. Скримджер слишком опытен, чтобы позволить себе такие слабости. Он снимательно смотрит на разворачивающийся перед его глазами спектакль. И думает. Он точно уверен, абсолютно, что это - спектакль. Только вопрос почему? И почему именно сейчас? Какая часть этого правда? Долохов правда Лорд Волдеморт? Метка правда значит именно это? Хотя в последнее Руфус не верил - незачем было тогда ее ставить даже в таком формате. Но... это все догадки, все  - собственные выводы на основании фактов, которые понятны и весомы только для него. В которых долгие разговоры с Лестрейнджем, Мальсибером и Долоховым смешивались с наблюдениями, смешивались с тем, что он унюхал... Но реакцию на все эти доказательства Визенгамота и окружающих уже отлично продемонстрировал Тодд. Да и... Хочет ли Руфус что-то рассказывать?
И он ныряет дальше. Глубже, туда, где кудрявый внук, туда, где кудрявый сын, уда, где портрет отца, туда, где... чешуйчатая стена, чужая, непонятная, незнакомая.
Лев утыкается в нее мокрым и холодным носом, обнюхивает, размышляя. Чутье говорит, что дальше лезть не стоит. А чутье его никогда не обманывало. Дальше и правда лучше не лезть. Потому большой кот еще раз тыкается носом, обтирается о чешую боком, оставляя в ней волоски собственной шерсти, запоминая ощущение, и выныривает на поверхность, успевая принять решение за доли секунды.
Бледно-синеватая нить, тянущаяся за палочкой, несет в себе воспоминание о пытке, воспоминание о детях, но в нем нет даже намека на стену или недоверие. Рикард Лестрейндж действительно всего лишь невинная жертва, а Антонин Долохов, международный террорист, Лорд Волдеморт, чья личность наконец раскрыта. Глава аврората действительно в это верит.
Руфус открывает светящиеся желтоватым звериным блеском глаза, смотрит на Рикарда прямо, не прячась. И в этом взгляде, при желании, легко можно прочесть все, что он думает на самом деле. И все, что он сделал.
- Ты думал он не способен использовать круцио на друге? - Задумчиво усмехается. - Правда так думал?
Этот момент как раз Руфуса не настолько удивил. Как все остальное.

+3

9

Виски горят как огнем. Пусть Скримджер только ткнулся в чужую защиту, лишь распробовал на вкус, но Рикард слишком слаб… и он прижимает стакан с водой, который заботливо стоит на тумбочке рядом сперва о лбу, а потом к виску и лишь после сделал глоток.
- Тебя не затрудит… достать пакет со льдом? – негромко попросил Лестрейндж, - прости если не по протоколу. Но да… я был удивлен. Тони… то есть мистер Долохов – он единственный не слизеринец из друзей моего детства. Хотя, именно друзьями мы стали в юности. Он всегда был наиболее правильным из нас. Понимаешь, Руфус, это как кодекс рыцаря вшитый в кровь и плоть. Антонин, которого я знал, был… я бы смог доверить ему свою маленькую внучку и не беспокоится ни о чем. Он казался мне благородством во плоти. И такая мерзость как круциатус… нет это было ему совсем не свойственно. Да, да, я говорю это хотя он и убил тогда всех тех людей на моих глазах. Но то был не круциатус. Случайное стечение обстоятельств. Я уверен, что он не хотел бы этого. Мы были, конечно, не так близки с ним, как с То… мистером Риддлом, который погиб тогда. Но довольно сильно, - он замер, словно какая-то мысль вдруг пришла в голову, протянул руку и почти вцепился в рукав аврорской мантии Скмриджера, - Руфус… - на побледневшем лице Рикарда не было видно и кровинки, - Как ты думаешь… он мог… когда я был без сознания взять моей крови?! Пробирку?! Он говорил об этом… ты знаешь… - пальцы разжались, и Лестрейндж уставился на свои руки, - Мерлин… -он явно хотел сказать что-то еще, но сжал руки в кулаки, глубоко вздохнул и залпом допил стакан воды. Рука сжимавшая граненные грани ощутимо дрожала.

+5

10

Руфус только махнул рукой и палочкой подманил лед, передавая его Рикарду.
- Протокол уже закончился. - Он смотрит, слушает, и с трудом удерживается от того, что бы не поморщиться. Да, Антонин - рыцарь. Которому он сам неоднократно доверял своих детей. И которому продолжит их доверять. Да, после всего, что он увидел сегодня. В общем-то, в том, что Долохов на такое способен он никогда и не сомневался. Как и в том, что он не стал бы делать это без причины. Потому что не садист, как бы ни пытались доказать обратное. Опасный псих - но не садист.
Руфус вздохнул терпеливо. "Если бы можно было посмотреть твою палочку, сколько там было бы круциатусов? Наверняка не один и не два" Но говорить это Скримджер не будет. Пусть это повиснет непроизнесенным между ними, но вложенным во взгляд.
- Я тоже использовал в своей жизни круцио. - Коротко, но мягко. И не стал ничего больше говорить. Не будет же он выгораживать Долохова? Потому что... Потому что если для протокола - то он не должен оправдывать террориста и вероятного темного лорда. А если не для протокола... То тем более - смысл спорить? И только мягко погладил Лестрейнджа по пальцам, сжавшим его рукав.
- Я считаю, что взял. Долохов не из тех людей, что бросается словами на ветер. - Голос звучал мягко, но во все еще желтовато-звериных глазах той же мягкости не было. Впрочем, это можно было счесть последствиями легилименции.
- Ты в большой опасности, Рикард. Если у него твоя кровь - то тебе нужна полноценная защита. Я бы настаивал на том, что бы какое-то время ты провел под нашей защитой в камере. Обещаю, кормить тебя будут хорошо, обращаться тоже не как с заключенным. Заодно восстановишь силы. Аврорат - самое защищенное место в Британии. Правда, говорят, не считая Хогвартса. Мы сможем защитить тебя. И твою семью.

+4

11

Взгляд Руфуса спрашивает, сколько в словах Рикарда лжи, сколько круциатусов, авад и империусов на его совести… насколько он правдив. И Лестрейндж выдерживает его взгляд, лишь растерянно моргает. Его мысли явно далеко, не здесь.
- Меня не волнует моя безопасность. Только безопасность моей семьи. Он может проклясть моих сыновей и внуков по моей крови, и твои камеры их не спасут, - Лестрейндж словно не понимает смысла слов Скримджера, настоящего смысла «нет, дорогой друг, ты не запрешь меня в своей камере», - И от проклятия по симпатической связи ваши стены не защитят, - он кусал губы, - Вам надо изучить это, -он кивнул на свою руку, - Если понять как убрать ее, как она сделана, то можно будет отследить всех, кто ее носит. И убрать ее у тех, кому ее поставили насильно. Не может быть, что я единственный случай о котором тебе известно, - он потер переносицу, - Прости, Руфус, я согласен на личную охрану, это разумно, но если ты запрешь меня в своей камере, то единственный из моей семьи до кого он не сможет дотянуться – это Лавиния. А так: мои дети, внуки, сестра и племянники… все в опасности. О Мерлин… косвенно может зацепить даже мать… - Рикард сосредоточенно потер виски, - Конечно, я не мог помешать тебе запихнуть меня в камеру, если против меня будут выдвинуты какие-то обвинения, но этим ты подпишешь мне смертный приговор. Специалисты по симпатической связи еще успеют оборвать проклятие для родства уровня внуков и племянников. Но моя сестра и сыновья – тоже обречены.
   Рикард сжал кулак. Он явно что-то про себя решал.
- Ты сказал, что уже не ведешь протокол? – он посмотрел в глаза Руфусу.

+3

12

Конечно же, к логике Рикарда не подкопаться. Конечно же, именно такой реакции на свое предложение Руфус и ожидал. "Что, заранее просчитал такое мое предложение?" Но настаивать Руфус не собирается. Не ради того все затевалось.
- Хорошо. Ты имеешь право отказаться. Я выделю тебе охрану из авроров. Можешь ими распоряжаться. - "Только не убивай их. Они хорошие парни. Лучше посто не пускай туда, куда не надо - обычная формальность". Говорить этого он не собирался. Вместо этого смотрит на метку.
- Конечно, мы изучим обязательно ее. Нам и без того.. Известно некоторые факты о ней. С твоего позволения, пока ты будешь лежать тут, ее будут изучать.
Зачем был этот ход Скримджер подумает потом. Действительно, зачем ему предлагают изучить знак? Уверен, что ничего не удастся узнать? Скорей всего. Самый похожий на правду вариант. А еще... Они действительно знают еще кое-кого с таким знаком. Вот только не слишком ли мелкая сошка для подобного риска? Или Руфус ошибается? Или то - просто под руку подвернулся, чтобы выручить заодно? Над этим тоже стоит подумать.
Вот только - если он сейчас признает, что Рикард невиновен - так же придется признать и других, кого поймали с меткой. Вилка. С другой стороны - никакая не вилка, одних подозрений, даже главы аврората, даже уверенного на основании чутья, не хватит для обвинения главы одного из самых чистокровных родов Британии.
Не смотря на то, что Скримджеры вполне могли поспорить чистотой крови, сами британские снобы подобных мыслей не допускали. А Руфус, как единственный оставшийся совершеннолетний Скримджер, не так уж и стремился доказывать что достоин чего-то на основании чистоты крови. Каждый заслуживает только то, что заслуживает своими действиями, а не правом рождения. Постулат, верный для его семьи.
- Не веду. Протокол закончился когда вот это. - Он кивнул на баночку. - Оказалось у меня. Теперь можешь считать, что к тебе пришел твой друг. Который очень хочет тебе помочь.
И вот это было искренним. Руфус на самом деле хотел помочь Рикарду. Как друг. Все еще. "Ну давай, о чем еще ты мне солгать хочешь?"
Во взгляде была только усталость.

+3

13

Рикард слабо улыбается и смотрит на Руфуса сосредоточенно и внимательно. Ему на самом деле не много больно говорить, но с этим можно жить, и в общем-то ему действительно не хочется, чтобы в напряженном молчании между ними весело это: «Не тронь моих ребят. Ты мне друг, но я уже подозреваю – а может и знаю, что ты и враг, а эти люди… Министерство дали их мне и яч отвечаю за них. Не тронь». Рикард многое бы дал за возможность быть с ним на одной стороне, действительно не тронуть. Увы – многие авроры это не только ценные боевые навыки, но и принципы, что не позволят им так просто принять и смирится с властью Пожирателей смерти, даже если все будут говорить, что на самом деле террористы побеждены и обезврежены.
   - Спасибо, Руфус, - мягко говорит он, - Если министр позволит, я бы хотел, чтобы они присутствовали в моем кабинете в министерстве, но буду отпускать их на время пребывания в поместье. В защите своего дома я уверен, а если его буду штурмовать, я всегда успею связаться с вами, - он и правда не хотел, чтобы профессиональные авроры растрачивались почем зря (они еще пригодятся, во всяком случае те, что будут умнее), да и Руфуса не стоит расстраивать. 
    В том, что авроры захотят изучить метку, он не сомневался. Знал так же, что у них, как и у его специалистов, как и у него самого будет весьма трудное и тяжелое препятствие  в виду языка, на котором составлено заклятие.  Теоретически его можно было попытаться обойти, смотря какие цели у исследования поставить… Но сам Рикард, когда оценивал риски и изучал собственную метку, добился весьма посредственных результатов.
- Разумеется, как тебе будет удобнее, чтобы наши специалисты сотрудничали или чтобы вели независимые исследования – сравнивая результаты? – казалось он все-таки взял себя в руки, хотя все еще был погружен в просчитывание некоторых вариантов, - Могу, я попросить тебя предупредить о возможности проклятия на крови Эдд… Мальсибера, думаю ты успеешь это сделать раньше, чем я.
   Они пока не продумывали как пойдет спектакль дальше – слишком уж много переменных и вариантов действий было на руках у противников в лице министра и ДОМП, потому Лестрейндж еще сам не знал, как именно будут развиваться события.

+4

14

Руфусу только и оставалось что кивать. Конечно. Как Рикард скажет. Не ходить в поместье - ну, значит, у ворот его будут оставлять в покое. Его же людям меньше работы. Внутри накатило странное равнодушие. Почти апатия. Только апатия какая-то... деятельная. Хочет участвовать в исследовании метки? Хорошо. Без проблем. Дальше сопротивляться и пытаться что-то исправить было бессмысленно. Все, что Руфус мог - он уже сделал. Все, где мог свернуть не туда - или туда? - свернул.
- Конечно. Я скажу своим людям сотрудничать с твоими. - Улыбка была ровной, ничем не выдавая то, что было внутри. Даже серые глаза оставались спокойными и дружелюбными. И следующий кивок был совершенно ровным и спокойным.
- И Эдварда я предупрежу, конечно. Он ведь и мой друг тоже. Не волнуйся. Я все улажу лучшим образом. - Улыбнулся и коротко сжал руку друга. - Тебе надо отдыхать и выздоравливать. Я сообщу твоему сыну где ты. А мне надо написать еще море отчетов и начать разбираться с этим делом. - Обезоруживающе улыбнулся. - Я загляну через пару дней. Надеюсь, как друг, а не как аврор.
Поднялся и вышел из палаты. У него и правда много работы.
Вернуться к себе в кабинет.
Написать официальную версию для пресс службы.
И написать еще одно письмо. Личное.
Ах да. И предупредить Мальсибера. Это тоже нужно сделать. Он ведь пообещал. И сколько бы ни был уверен в бессмысленности данного действия - надо делать хорошую мину при плохой игре.
И Руфус быстро учился новому.

+3

15

Руфус кивает, соглашается, равнодушно и даже не пытаясь что-то вытянуть, как-то поймать на лжи… Сделать хоть что-то, чтобы разрушить выстраиваемый Рикардом заслон. Это даже… обидно,  пожалуй, именно так.
    Лестрейндж не ожидал такого равнодушия, но Тони оказался прав, им действительно выгодно иметь Скримджера на этой должности. При всей его суровости, непримиримости и жесткости, есть вещи при которых он становится послушным, словно дрессированный. Или Долохову просто хватает ума сделать вид, что этот кот играет так, как задумал он.
- Спасибо, Руфус, - спокойно говорит ему в спину Рикард, и по удобнее устраивается на подушках. Ему надо подумать.

0


Вы здесь » Marauders. Brand new world » Законченные флешбеки » Все, что я скажу будет использованно против вас