картинка

Marauders. Brand new world

Объявление

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders. Brand new world » Флешбеки » Follow me


Follow me

Сообщений 1 страница 30 из 30

1

Follow me


закрытый эпизод


http://s8.uploads.ru/29CS6.png

Участники: Эшлинг О'Флаэрти, Ровена Мальсибер

Дата и время: 24 января 1979 года

Место: паб "Сытый дракон"

Сюжет: встреча состоялась быстрее, чем каждая предполагала...

0

2

Когда густая темнота опускается вместе с хлопьями снега, что кружат в медленном танце, пока не настигнут земли, улицы Косого переулка становятся поистине волшебными. С каждым неторопливым шагом белоснежный ковер хрустит под ногами. Подсвеченные витрины магазинов и лавок побуждают замедлить шаг, обернуться и заметить что-то интересное для себя. А дразнящие запахи ароматнейшей выпечки или кондитерских изделий – согреться за чашечкой горячего чая и вкусностей. И только леди Мальсибер сейчас было не до волшебной сказки.
Вот уже около получаса Ровена бесцельно бродила вдоль улицы Косого переулка, периодически останавливаясь, чтобы рассмотреть содержимое витрин, в надежде хоть как-то скоротать томительное ожидание. Ну и присмотреть себе что-нибудь, конечно же.
Пересекая порог кабинета старшего аврора, леди Мальсибер отчетливо понимала, что это не последняя их встреча. Слишком много вопросов и ничтожно мало ответов на них возникло у этой девицы по отношению к Мальсиберам, старшему сыну – в частности. И именно поэтому Ровена ждала  Эшлинг О'Флаэрти, которую, как поведал Эдвард, после тяжелого рабочего дня можно застать ее именно в пабе «Сытый дракон». Вот-вот должен закончиться ее рабочий день (привет мужу), который, как надеялась Роу, будет труднее обычного – лишь бы Эдди не подвел. 
На каждый нечастый хлопок аппарации где-то в стороне паба женщина резко поворачивала голову. И практически сразу отворачивала ее. Но, как только завидела рыжую шевелюру, которую невозможно спутать, немедленно двинулась к ней.
– Мисс О'Флаэрти! – окликнула Ровена Эшлинг, чтобы привлечь внимание ирландки, пока та не успела аппарировать еще куда-то. Мальсибер быстрым шагом пересекла расстояние между ними и стянула капюшон, прикрывающий голову от холодных порывов ветра и мягких хлопьев снега. – Доброго дня, Эшлинг! – вот так просто назвала Эш по имени вне стен Министерства Магии. – Полагаю, ваш рабочий день уже окончен, не так ли? Быть может, продолжим беседу, которую так бесцеремонно прервали ваши сотрудники?

+2

3

Эшлинг успела перехватить палочку в "боевое" положение и мысленно поблагодарить бывшего наставника за стойкую привычку набрасывать на себя щит всякий раз при выходе на улицу, без исключений. Не понравилась ей фигура в капюшоне и смутно знакомый голос, не настолько, чтобы сразу аппарировать, но вполне достаточно, чтобы на всякий случай приготовиться. Напасть на аврора посреди Косого переулка, да еще прямо у дверей аврорского бара, - вопиющая наглость, никто такого не ожидает, именно поэтому особенно стоит поостеречься.
- Миссис Мальсибер? - Нет, в лицо женщину она узнала сразу, просто встреча ее удивила. И палочку Эш пока не спешила убирать в ножны, учитывая, какой характер носила последняя их беседа. Да, вероятность того, что Ровена сама, лично что-нибудь сделает, мала, но в отделе много рассказывали поучительных историй о тех, кто пренебрегал малыми вероятностями. - Вы меня что, ждали здесь? - по губам ирландки скользнула короткая лисья усмешка, - могли бы зайти внутрь, там хотя бы теплее. - Рабочий день - да, закончен, и то время, которое оставалось до окончания смены Гая, Эшлинг собиралась потратить на бокал хорошего виски в хорошей компании, а потом - на сборы. И почти хотелось съязвить что-нибудь так, чтобы Мальсибер расхотелось продолжать разговор, и не пришлось посвящать вечер ей, но то, что еще может расслабившись без следящей за ее словами "самописки" ляпнуть жена и мать "масочников", было важнее. - Хорошо, давайте поговорим. В Драконе. - Эш кивком указала на дверь, предлагая Ровене самой ее открыть и первой войти, - не волнуйтесь, у нас приличная публика, - никакого урона репутации, и кухня хорошая. - А еще бар был второй после отдела цитаделью авроров, нарываться на кого-нибудь внутри, - все равно что посреди общего рабочего зала аврората, чистое самоубийство. - Так что еще вы хотели мне рассказать?

+2

4

Причин, по которым Ровена осталась ждать Эшлинг вне стен паба, было несколько. Одна из них – совсем незначительная – заключается в том, что среди посетителей, большинство которых являлись аврорами, миссис Мальсибер испытывала бы лишь дискомфорт и тревогу, пробыв тут неопределенное время, что больше по части Эдварда. Вторая же – наиболее значимая – то, что урожденная Лестрейндж все же не планировала беседовать в стенах этого заведения.
– Уберите палочку, мисс О'Флаэрти! – в голосе Ровены вполне отчетливо слышен приказной тон – она привыкла командовать домовиками. Ей просто не нравится, что Эшлинг направила древко в ее сторону, когда сама леди Мальсибер – без палочки наготове. Еще неизвестно, что этой рыжей девице в голову придет и какое заклинание пойдет в ход. Однако несколько глубоких вдохов пьянящего морозного воздуха, и леди Мальсибер быстро берет ситуацию в руки и значительно тише уточняет, чтобы старший аврор ненароком не задела нашу мадам. – Если бы я хотела использовать магию против вас, мисс, – Ровена подходит к Эшлинг вплотную, зная,  что та, пока что, ничего лишнего не предпримет. Приподнимает руку, кисть которой облачена в тонкую ткань перчатки. И отводит в сторону кончик палочки, – то сделала бы это в другое время и в другом месте, – ухмыльнулась мадам, поясняя. – И уж явно не на глазах ваших коллег, – леди Мальсибер равнодушно проводит взглядом нескольких авроров, которые, кажется, лица которых были обращены к ним.   
И, не смотря на женщину, приняла-таки приглашение и двинулась, скривив окрашенные карминного цвета помадой губы.
Да, Ровена рассматривала и такой вариант, что придется поговорить именно в этом пабе. Но все равно отбросила его. А зря. Да, Эдди тоже как-то невзначай упомянул, что публика там более-менее. Однако одной женщине быть там одной вовсе не обязательно. Хотя, смотря какой еще уровень подготовки у этой самой женщины. Роу перевела взгляд на Эшлинг, которая ого-го как превосходит ее в этом плане. И даже интересно стало, в чем она еще хороша. Но это уже абсолютно иная тема, касающаяся только самой ирландки.
Мальсибер переступила порог паба и почти сразу остановилась, обводя взглядом знакомое прежде лишь по рассказам благоверного заведение. Многолюдно, шумно, а в спертом воздухе витает смешанный запах разнообразной еды и резких напитков. Ровена повернула голову в сторону, где справа от нее находилась стойка с выпивкой. Она приметила небольшой столик в углу паба, где их с Эшлинг никто не беспокоил бы.
– Надеюсь, вы не хотите устроиться прямо здесь, – с ухмылкой на губах проговорила Ровена ступая мимо стойки прямо к намеченному столику, не спрашивая у О'Флаэрти предпочтений.

+2

5

Если бы хотела - могла использовать магию хоть сейчас,  артефактов и чар контактного действия много, и "протего" на этом расстоянии уже не подействует, слишком близко. И положение все еще оставалось опасным, правда по-прежнему одинаково опасным для обеих. Мальсибер вряд ли рискнет все-таки, - слишком ценит себя. - Вас не учили, что касаться чужой палочки неприлично, миссис Мальсибер? - Эшлинг вместо того, чтобы отступить на шаг, чуть склонила голову и почти прошептала эти слова на ухо Ровене, - как и настолько прижиматься к человеку прямо посреди улицы, на глазах у посторонних?
- Эй, О'Флаэрти, блондиночек цепляешь? - окликнул ее один из выходивших из паба авроров, - а дама в курсе, что не найдет у тебя в штанах ничего для нее интересного? - Пара ребят из компании весело фыркнули, то ли поддержав подначку, то ли предвкушая дальнейшую перепалку.
- А, Уилл! - Эш улыбнулась как оскалилась, - а ты завидуешь, что в твоих она даже искать не захочет? - Первой мыслью было еще и ввернуть как-нибудь фамилию Ровены, чтобы отстали поскорее, но Эшлинг ее отбросила, - все-таки возможные шуточки про связь жены главного "серого" с ней, - это не то, чем она хотела продолжать дергать Мальсибер за нервы. Может уже этого хватит, чтобы отучить благородную леди без спроса лезть внутрь зоны магических щитов. Ровена к счастью задерживаться на крыльце не стала и гордо проигнорировав "глазастого" аврора прошествовала внутрь, чем Эш поспешила воспользоваться, быстро махнув коллеге на прощание и проскользнув следом.
Встреча на крыльце ее позабавила и немного сняла напряжение, Эшлинг спокойно убрала палочку в ножны и не стала возражать против выбранного столика: подальше от непрошенных ушей и от сигаретного дыма заодно. Только проходя мимо стойки бросила официантке, собиравшей на поднос чей-то заказ, "Привет, Фанни, мне виски как обычно, а даме меню и барную карту". - Нет-нет, только не у бара, там садятся, если не против компании , или если больше мест вообще нет. Только давайте без обсуждения погоды, природы, модного фасона шляпок, курса галлеона к британскому фунту, и чем еще там принято в высоком обществе предварять разговор о деле, - у меня на вас не так много времени.

+3

6

– Говорите публика приличная, мисс  О'Флаэрти? – с издевкой переспросила миссис Мальсибер так, чтобы до окружающих столики сотрудников аврората не долетали определенные сомнения женщины. Уже не говоря о том, что у каждого свое понятие слова «приличный». И, как уже убедилась Ровена несколькими минутами ранее, ее с Эшлинг понятия неплохо так расходятся. Как и о том, где, с кем и как вести себя. – В беседе сотрудники, находясь вне стен работы, всегда используют подобный жаргон? – И, оказавшись у столика, резко развернулась к подошедшей позади Эшлинг. – Наверняка у нас с вами во многом разные понятия, Эшлинг. – Говорит дама елейным голосом, но в следующую  секунду доселе железная выдержка чуток подводит. На губах усмешка, а во взгляде – ни капли эмоций. – А вот чему меня учили – не ваше дело! – Слова мимо проходящих коллег старшего аврора вызвали спонтанное раздражение прежде спокойной миссис Мальсибер. А, может, какой-то двусмысленный намек так повлиял на восприятие каждого собеседницей сказанного слова – она не знала, где и с кем могла видеть ее эта дамочка. Вот выплеснуть сейчас куда-то это состояние – не представлялось возможным. Разве что в бокал с напитком покрепче, на которых у нее табу. Но не стоит зарекаться. Вообще не о чем. А потому и  разряжает обстановку, чтобы самой проще было выдохнуть.– Не беспокойтесь – у меня иные вкусы. – Да, тут не поспоришь. Однако, несмотря на безобидную шутку,  Ровена вовсе не думала об этом всерьез. Разве что Эшлинг не поймет Роу. Взгляд женщины становится мягче, менее отталкивающим. – Но впредь вашу позицию знать буду. 
Ровена расстегивает посеребренные застежки теплого пальто, снимает его с плеч и откидывает на стул рядом. Сама же садится напротив рыженькой, облокачиваясь о спинку неудобного стула.   
– Какое странное представление начала нашей беседы мисс, – Ровена удивленно приподняла светлую бровь, стягивая с тонких пальцев перчатки и отлаживая их в сторону. – Я не займу вашего времени больше, чем нужно – у меня нет желания задерживаться здесь, – она обвила взглядом помещение. И увидела официантку, направляющуюся прямо к ним. На подносе у нее был бокал с, судя на первый взгляд,  виски, который она поставила к Эшлинг. И вот тут-то Ровена удивилась, но промолчала.  И кивнула девушке, когда перед ней оказалось меню и барная карта, содержимое которые изучать не торопилась – вспомнила про разницу в понятиях, которая,  наверняка, была и в кухне , в напитках.
– Я ознакомлюсь с меню, – проговорила Мальсибер, чтобы та не стояла над ними в ожидании. И, как только официантка отошла, продолжила. Правда, сначала не по теме. – Вы не перестаете меня удивлять, мисс  О'Флаэрти. – Ровена кивнула в сторону заказа Эшлинг. – Ладно. Мы с вами, как вы, вероятно, не забыли, не закончили беседу, мадам. По поводу Снейпа. Нет, боюсь, что по поводу него вы от меня ничего нового не услышите. Хотя, я была неприятно удивлена, узнав, что он у вас в руках. Я бы хотела поговорить с вами по поводу моего сына, которого вы не единожды упоминали во время допроса. Но прежде ответьте: у вас у самой дети есть? – ведь незамужнее положение еще ни о чем не говорит.

+2

7

О, какие нежности, можно подумать, Мальсибер в жизни не слышала и не знала ни одного неприличного слова. Ну... да, она немного поспешила с рекомендацией, выражения тут бывают далеки от речей на светских раутах, но в конце концов в Магическом Лондоне не каждый паб может похвастаться тем, что одинокая случайная посетительница уйдет оттуда, сохранив в целости даже гордость, не говоря уже о здоровье и имуществе. - Не обращайте внимания, через пару дней забудут. Не надо было подходить ко мне настолько близко, миссис Мальсибер, со стороны еще как могло двусмысленно выглядеть. - Эшлинг только пожала плечами, бросив мантию на спинку стула. Благодарно улыбнулась и кивнула официантке: правильный бокал, хороший "Джемисон", охлажденные камни со специальными щипцами поданы отдельно, - Фейгелл помнит ее вкусы и заслуживает за это хорошего отношения и хороших чаевых.
- А что вас удивило? - пить Эш не торопилась, пока просто покачала бокал в ладони, любуясь янтарными бликами света в напитке, - и зачем вам знать, есть ли у меня дети, раз мы уже выяснили, что я не в вашем вкусе? - легко усмехнулась ирландка. - Хотите воззвать к моим материнским чувствам, если да, или заявить, что я никогда не пойму вас, раз не укачивала на руках третий час орущую гусеницу и не замирала в восторге, услышав первое "мама", если нет? У всех мужчин есть матери, мэм, но ваш сын давно уже вылез из пеленок и перестал цепляться за вашу юбку, чтобы устоять на ногах, разве нет? 

+3

8

Настроение Ровены было несколько игривым. Ведь в другом случае она бы не стала заострять внимание на такой мелочи, как мнение совершенно незнакомых ей магов, на которых женщине, мягко говоря, плевать.             
– Это не те вещи, которые запомнятся им даже на пару дней, – Ровена мотает головой. – То, что я подошла к вам так близко, конечно, оставит мысли в их памяти  на определенное время, но на деле же это ни о чем не говорит. – Нелепая мысль промелькнула в голове мадам и исчезла, побуждая ее встать со стула. Мальсибер обогнула стол, за которым они уютненько устроились, скрывшись от посторонних глаз, и подошла к старшему аврору, встав у нее за спиной. И почти сразу наклонилась к уху, положив ладони на тонкие плечи Эшлинг. – А вот если бы они застали нас, скажем, за поцелуем, – говорит она над самым ухом, а губы тут же расплываются в широкой теплой улыбке, а кончик указательного пальца прошелся по мочке уха, играючи, – то это бы взволновало их куда больше.
Она выпрямилась, и улыбка мгновенно стерлась с напряженных губ Мальсибер. После чего неторопливо вернулась на свое место, попутно выслушивая собеседницу. И то, что женщина услышала, ей не понравилось. Подобное резкое и неправильное, по мнению Ровены, отношение к тому, что многих, если не каждую, женщину делало счастливой в определенный момент жизни. Но вместо лишних слов вернула внимание к барной карте, скользя взглядом по названиям. 
– Классический кьянти, будьте добры, – сделала заказ Ровена, когда мимо проходила та самая официантка. Классика с фруктовым послевкусием будет сейчас к месту. Хотя бы несколько глотков, чтобы успокоить нервы. И, когда та отошла, вернула взгляд на лицо ирландки. – Орущая гусеница, говорите? – Мальсибер не верила своим ушам. – Я хотела воззвать к вашим материнским чувствам, Эшлинг. Хотела. До этого момента. – Разделяет она каждое слово. – Но поняла, что это бессмысленно. Ведь вы, как пустой холодный сосуд, который будто забыли наполнить чувствами.    
Возможно не стоило так резко высказываться. Но Мальсибер не в том настроении,  чтобы подбирать правильные слова.  Ей было крайне неприятно слышать такое мнение.  Но,  судя по всему,  Эш все устраивало. И ее дело, как быть. 
– Мать всегда спокойна за свое дитя,  когда он рядом. – Продолжает леди Мальсибер. – Но, как только становится дальше, его сразу же окружат другие.  В том числе и те, кто может причинить вред. И моя задача недопустить этого.

+2

9

- Я скорее поцелую флоббер-червя или бундимуна. - Эшлинг чуть двинула головой, стараясь избежать прикосновения. - А теперь постарайтесь поярче нарисовать себе в воображении следующую картину: вот этот бокал, - она чуть качнула "чертополох" в ладони, - я бросаю вам в лицо, я знаю, где ваша голова находится, вы шепчете мне на ухо. Удар не то чтобы болезненный, но неожиданный, к тому же, если мне повезет, виски может попасть вам в глаза. Вы отшатнетесь, - это естественная для человека реакция, и дадите мне достаточно пространства, чтобы вскочить из-за стола. Палочку вы все еще не успеваете достать, - вы не привыкли к таким ситуациям, вы ошеломлены и испуганы, и ваши руки только что свободными лежали у меня на плечах, и вот вы оказываетесь зажаты в углу, а я - перед вами. Я успею сделать с вами все, что подскажут мне отпечатанные тренировками реакции, прежде чем кто-нибудь хотя бы поймет, что происходит, и максимум что мне будет грозить - взыскание за превышение самообороны. Постарайтесь, чтобы этот образ как можно лучше отпечатался в вашем разуме и вставал перед глазами всякий раз, когда вам еще придет в голову приблизиться ко мне на расстояние меньше вытянутой руки или дотронуться до меня. Второго предупреждения не будет. И мои материнские чувства распространяются только на детей младше лет четырнадцати-пятнадцати. Для взрослого двадцатилетнего мужчины такие милые вещи как "у него были очаровательные крохотные пальчики" или "он такой талантливый мальчик, получил десять баллов на своем первом уроке трансфигурации", - уже слабоватый аргумент в защиту, и даже оскорбительный в какой-то мере. С чего вы вообще взяли, что я собираюсь причинить вашему сыну какой-то вред?

+2

10

– Даже так?! – Ровена искренне удивилась – еще никто не говорил ей подобного за, прости Мерлин, полвека. Было... крайне неприятно, но ожидаемо, да.
Мальсибер выслушала О'Флаэрти до последнего слова, не перебивая и скрестив руки на груди. Признаться, картина, что рисовало воображение леди, была не из самых приятных. Перед ней – старший аврор с хорошо (если не безупречно) отработанными движениями на все случаи. И леди Мальсибер прикусывает язычок – ей вовсе не нужно, чтобы О'Флаэрти оттачивала на ней свои навыки. А потому взяла рекомендации на заметку.
– Не боитесь последствий? – любопытствует Ровена, отбросив шуточки в сторону. – Или вы заявляете подобное, уже будучи убежденной, что вам помогут с этим недоразумением? – в семействе Мальсиберов только один легиллимент – Эдвард. А вот Ровена мысли читать не может – только предполагать. – Хорошие отношения со Скримджером? – Роу щурится, припоминая фамилию заместителя главы аврората. – Или с Робардсом? – женщина не сводит взгляда с Эшлинг, наблюдая за реакцией – не может быть эта ирландка быть такой самоуверенной. Значит, есть кому прикрыть тыл.
Мальсибер отвлекается лишь в тот момент, когда на стол ближе к ней ставят бокал с кьянти, цвета темной вишни. Берет его в руку, аккуратно придерживая тонкими пальцами, но не торопится делать глоток, с наслаждением рассматривая насыщенный цвет жидкости.
– С чего я это взяла? – уточнила леди Мальсибер, встретившись с непроницаемым взглядом собеседницы. – Вы цепко ухватились за Северуса и тех, кто как-то связан с ним. В предыдущий раз у вас появилось слишком много вопросов, связанных с ним. Тяните моего сына в темный клубок, к которому он непричастен. – Наглое вранье, чтобы оградить Доминика, в которое женщина напротив не поверит. Но никому больше, кроме аврората, не нужно никаких доказательств. И никто не предоставит их. – Полагаете, я буду наблюдать за этим, сложа руки?

+2

11

- Хорошие отношения с законом, - с усмешкой отмечает Эшлинг, положив охлаждающие камни в бокал. Спокойно отмечает, Мальсибер совершенно неоткуда узнать о них с Гаем, иначе она не постеснялась бы прямо и... развернуто указать на их отношения. А тут просто ткнула пальцем в список старших по званию. Спасибо, что не сразу Крауч, уже хорошо, глава Департамента у любой женщины мог вызвать только оторопь. - Я преданно служу Магической Британии, а взамен кроме хорошей зарплаты мне дано право защищать свою жизнь и здоровье. В случае нападения или угрозы нападения на сотрудника аврората, сотрудник аврората имеет право применить чары без предупреждения. Даже чары, - Эш коснулась стенки бокала, проверяя, достаточно ли охладился напиток, и пригубила виски, - не говоря уже о рукопашных приемах и подручных предметах. Просто имейте в виду на будущее, что к любому аврору или хит-визарду не стоит подкрадываться сзади, прижиматься, держать руки у шеи, хватать за руки, направлять палочку... даже начинать гневную фразу со слов "будь ты проклят". Ваши действия могут быть истолкованы как опасные, реакция может вам не понравиться, но согласно закону мы действительно вправе защищаться и не обязаны ждать, когда вред уже точно будет причинен. Это вам придется объяснять, что вашим намерением не было напасть, а не мне, - что было. - Еще один небольшой глоток, не торопясь ощутить вкус напитка, - если Доминик не причастен к делам Пожирателей, и ему нечего скрывать, то нечего и опасаться. - Вот только ведет себя миссис Мальсибер так, словно ее драгоценный сыночек в этом темном клубке уже по самые уши, и ей это прекрасно известно. Сначала угрожать прямо на допросе, потом подстерегать у бара чтобы убедить не трогать милого ребеночка, дальше что? - Да, я вызову вашего сына на допрос, сверю его показания с уже полученными показаниями мистера Снейпа, - Эшлинг улыбнулась, оскалив зубы и чуть подавшись к собеседнице, - что вы собираетесь в связи с этим предпринять?   

+2

12

– Да ладно! – не удерживается Ровена, стоит только Эшлинг договорить. – Вы всегда такая? – спрашивает Мальсибер, имея в виду именно внутренние качества ирландки, которые медленно выводят благородную мадам из себя.
Она прислоняется к спинке стула, внимательно выслушивая О'Флаэрти, после чего проводит пальцем свободной руки вдоль тонкой линии брови, размышляя. И какое-то время даже не смотрит на собеседницу. Но, как только Эшлинг договаривает, продолжает уже Ровена. 
– Прошу, избавьте меня от своей правильности – тошно становится слушать в этой волне, – спокойно, не повышая голоса, без каких-либо ухмылок попросила леди Мальсибер. – К тому же, в определенных случаях – слабо верится. – Но во что именно слабо верится – не уточнила. В правильность? Определенно. В искренность? Так ее между дамами и в помине не было. Нет-нет, у нее есть тот, кто обязательно прикроет тыл. И, наверняка, кто-то из коллег – в ином случае она бы не проигнорировала вопрос так красиво. Или проигнорировала бы? Тут возможны и неизвестные ей варианты. Нужно будет поинтересоваться у Эдди – мало ли до него доходили слухи. – Я буду иметь в виду, конечно. Но за кого вы меня принимаете? Думаете, я буду вести себя так с каждым аврором, с которым мне предстоит столкнуться? – Ровена делает несколько коротких глотков кьянти и ощущает приятное фруктовое послевкусие. Ей не нравится подобное предположение. – Искренне надеюсь, что, впредь, не придется общаться с представителями аврората – наших встреч мне хватило с лихвой. Как и вам. – Мальсибер приостанавливает официантку легким движением свободной руки. – И безе, пожалуйста. – Эта воздушная сладость хорошо сочетается с ее напитком. А что-то более серьезное Ровена перекусит дома, когда захочет. - Я не боюсь того, что вы вызовете Доминика для допроса, - миссис Мальсибер прерывается на секунды, чтобы снова сделать глоток. – Я не хочу, чтобы вы внушили ему что-то. – Она подалась в ответ, но не приближалась ближе, не зная, что у Эшлинг на уме. – А потому ничего не собираюсь предпринимать. – Безумно хотелось клацнуть зубами прямо перед личиком мисс  О'Флаэрти, но идея была безжалостно отброшена в сторону. – Если же вы перестараетесь со своими обязанностями, я буду очень удивлена. – Ровена с негодованием смотрела, как Эшлинг пригубила виски. И на лице ее не дрогнула ни одна черточка. – Привыкли к этому напитку? – интересуется мадам, понаблюдав за женщиной. Для самой же Ровены он был резковат.

+2

13

Мадам не нравится правильность... Можно подумать, будь О'Флаэрти из тех, кто без зазрения совести может сфабриковать дело, или действительно ударить женщину при первой мелькнувшей мысли об осторожности, ей бы это больше понравилось. Эшлинг даже отвечать на это не стала, только коротко фыркнула, качнув головой, - пусть себе верит во что хочет, не тот случай, чтобы отстаивать репутацию. - Полагаю, после того, как вы узнали, что закон оправдывает сотрудников Департамента в подобных случаях, - уже не будете. - Что бы там ни было причиной этих странных для замужней аристократки игр, вряд ли она действительно еще раз попробует, по крайней мере с ней. И к лучшему, - мысль о том, чтобы даже в шутку флиртовать с Ровеной Мальсибер не вызывала ничего кроме неприятной дрожи. Безе и къянти, прости Господи, бедная Фанни, где она только это вино откопала, и где безе этой дамочке найдет? В соседнее кафе сбегает, а потом выставит счет, прибавив цену доставки? Или пуддинг вместо него предложит в качестве десерта? Марго бы может и приготовила, она любит возиться со сложными блюдами, но это привилегия любимых клиентов, и Марго в школе, а миссис Браун, второй кухарке, не до всяких изысков.
- В каком это смысле - "внушила"? - Эшлинг удивленно приподняла бровь. Первой была мысль о легиллименции, но схема рисовалась какая-то слишком сложная: найти специалиста экстра-класса, убедить его сначала выпотрошить несчастному Мальсиберу мозги, потом собрать фальшивые воспоминания, внедрить их задержанному в голову, потом вытянуть признание в "содеянном"... Нет, бред какой-то, проще и надежнее с вещественными уликами работать, хоть то же круцио скастовать его палочкой, пусть потом доказывают, что это не Доминик сделал, или запрещенное зелье подкинуть и "найти" при обыске. - И что по-вашему не так с напитком? - Сейчас еще мораль будет о крепкой выпивке, от благородной миссис, которая питается пирожными и хмелеет от бокала шампанского.

+2

14

– Надеюсь, впредь не представится случая, чтобы вновь пересечься с сотрудниками аврората, и с вами – в частности, мисс, – уверяет женщину Ровена. Ее не устраивает подобный круг общения. Наверняка то же самое сказала бы и Эшлинг о леди Мальсибер. Если бы с кем-то из представителей аврората и готова была пересечься, то это Аластор, которого Роу знает со школьных времен. Даже не с Руфусом – после всего происходящего. И, тем более, не с мисс «рыжие волосы», которой Ровена, видимо, с первого взгляда не понравилась. Сделав еще один глоток, миссис Мальсибер добавляет, не скрывая усмешки на губах: – Нет, если вам понравилось мое общество, то можете как-нибудь зайти к нам с Эдвардом на чай с вкуснейшими домашними булочками с марципаном. – О том, чем закончится этот визит, можно было лишь догадываться. Да и сама ирландка вряд ли согласится – побоится, если не сказать  больше. – Если не боитесь, конечно. – Женщина поставила бокал перед собой и отодвинула его от себя немного дальше. И добавила, вспомнив их беседу, что была буквально позавчера. – И без всяких там документов. Поверьте, это намного приятнее, чем обитать в кабинете на допросе или же, – Ровена кивнула головой в сторону зала, наполненного магами, – здесь.
Миссис Мальсибер никто не трогал – уже хорошо. Один минус – ощущала Ровена себя здесь по-прежнему не очень уютно. Даже поежилась.
А вот через несколько мгновений выявился минус номер два: у них не было безе – простого и невероятно легкого десерта. Отчего-то это немного расстроило Ровену. Даже больше, чем, к примеру, вполне ожидаемая неприязнь Эшлинг к самой Мальсибер. 
– Какая жалость, – негромко отвечает некогда Лестрейндж официантке – сейчас этот десерт она бы вкусила с огромным удовольствием. Впрочем, есть еще вариант. И тут его просто не может не быть. Или господа авроры не любят десерты? – Бисквит есть? – И, получив утвердительный кивок, продолжает. –  Тогда пропитанный кофейным сиропом шоколадный бисквит, обильно политый жидким шоколадом. – Да, так даже лучше. Ровена сглотнула, подумав про невероятно вкусный десерт, уже ожидая, когда он окажется перед ней.
– Потому что я знаю занятость своего сына, Эшлинг. – просто отвечает женщина. – И, если он скажет или вы найдете что-то якобы не по его теме, я буду знать, чьих это рук дело. – Ровена кивает в сторону собеседницы. И резко меняет разговор. – Скажите, пожалуйста, мисс: отчего вы испытываете ко мне неприязнь? Вам не нравится мой статус в обществе? Или дело сугубо во внешности? – уточнила Ровена  с улыбкой не губах.

+1

15

- Миссис Мальсибер, вы понимаете, о чем говорите? - вздохнула Эшлинг, сделав еще один глоток, - я вот - нет. Что значит найти или сказать что-то "не по его теме"? О какой занятости речь? - О трупах что ли? Кажется Доминик занимается вскрытиями в Мунго, устанавливает точную причину смерти тех несчастных, кого колдомедикам спасти не удалось. Если его профессия имеет какое-то отношение к делу о связях с Пожирателями, интересные варианты специализации парня в этом милом клубе нарисоваться могут, но Ровена же не это имела в виду? Она сразу прекрасно поняла, за что Эш уцепилась на ее допросе, поздно теперь прикидываться ветошью...
- Нет, дело не в положении в обществе и не в вашей внешности.  А в том, как вы и тем, и другим пользуетесь. Своим происхождением и статусом вы кичитесь, вам будто бы все должны, потому что вы родились с серебряной ложкой во рту. А хваленого английского умения держать себя, следования этикету, благородства, которое даже в название вашего сословия перекочевало, я что-то не вижу. Даже маглорожденная девчонка, которую правильно есть вилкой и ножом и говорить на литературном английском только в Хогвартсе научили, и то не позволила бы себе вот так открыто намекать малознакомому человеку на интимную ласку, даже ради шутки. - "А еще ты Пожирательница", не сказала, но подумала Эшлинг, щипцами доставая камни из бокала, - так допить оставшийся виски было удобнее. Ровена могла даже никогда не участвовать в акциях, но она знала что-то о мужчинах своей семьи, знала и покрывала их, это почти наверняка так. Без доказательств конечно еще остаются сомнения, но не так много, чтобы перевесить уверенность. Их хватало только на то, чтобы понимать необходимость доказательств. - На самом деле я - одна из последних, кого бы вы хотели видеть гостьей вашего дома, я вам неприятна, вы просто хотели меня поддеть. В стиле курса третьего-четвертого, не старше, - потом уже мало кто попадается на подначку в духе "что, испугался?".

+1

16

Ровена слушает Эшлинг, расслабленно восседая на стуле. Руки леди Мальсибер спокойно лежат на коленях, сцепив пальцы рук в замок перед собой, а взгляд прикован к женщине напротив, каждое слово которой было пропитано ядом. Невольно урожденная Лестрейндж отмечает, что О’Флаэрти, не дрогнув, способна наговорить гадостей. По поводу или без – зависит от ситуации. Сейчас же, как считает наша мадам, эти слова были не к месту. До сего момента Ровена словом не обмолвилась хотя бы о чистоте крови каждой из них – Эшлинг сделала все сама.
– Ну что вы, Эшлинг, – с явной насмешкой над ситуацией отвечает ей Ровена, ощущая себя непринужденно. – Магглорожденные девчонки, как вы выразились, и им подобные – это ваш удел. – Леди Мальсибер берет бокал в руку и приподнимает его на уровне головы, глядя на Эшлинг через тонкое стекло. – Я же не вижу смысла проявлять какие-либо умения или, тем более, благородство перед вами. – Волшебница покачивает бокал, удерживая себя от нестерпимого желания запустить им в ирландку, которая заставила ее испытать донельзя неприятные чувства.
Теперь Мальсибер не смотрит на О’Флаэрти, наблюдая, как содержимое бокала переливается под тусклым освещением помещения. И прикидывая ответную реакцию. Нет, она не станет этого делать – одна Моргана знает, что творится в голове у рыжеволосой.
А тем временем перед ней оказывается долгожданный десерт. Ровена отставляет бокал в сторону, так и не притронувшись к содержимому. И не отказывает себе в желании отправить несколько кусочков в рот, наслаждаясь свежим идеально пропитанным коржом, политый шоколадом. В эти минуты она не обращала внимания ни на кого. И только потом обращается к старшему аврору.
– Доминик занимается вскрытием в Мунго. Это и есть его занятость, – по-прежнему спокойно отвечает мадам. – Или вы ожидали услышать что-то другое? – интересуется она, приподняв светлую бровь. – Не надо искать в этом какой-то иной смысл. Я прекрасно помню, как вы хватались за каждое слово. Но с такими успехами можно подозревать каждого молодого сотрудника Министерства Магии. – Она отламывает еще несколько кусочков мокрого бисквита, не торопясь продолжать. Кто бы мог подумать, что и здесь умеют готовить вкусные десерты. – Ваш напиток, – она указывает на пустой бокал О’Флаэрти, – крепковат для женщин. – Несколько раз в моменты душевной боли и отчаяния Ровена делала несколько длительных глотков обжигающего глотку напитка. И это было ее пределом. Эшлинг же выглядит вполне трезво.

+2

17

- Ну вот видите, - устало усмехается Эшлинг, допив виски и чуть пожав плечами, - вы только подтверждаете мои слова. Ваш муж остается джентльменом в любом обществе и любых обстоятельствах, а вы не придаете этому важному принципу никакого значения. И это не меня оскорбляет сравнение с маглорожденными или необходимость иметь с ними дело. - Может быть не стоило отвечать Мальсибер так, как она действительно думала, но трудно было удержаться. Ну а что уважаемая мадам хотела услышать, задавая такой вопрос? "Нет, что вы, вы мне очень нравитесь", или неловкие смущенные отговорки в духе "вам показалось"? В отличие от разговора с Эдвардом Мальсибером, состоявшимся тут с год назад, Эш даже выбирала выражения.
Наблюдая за тем, как Ровена с удовольствием, настоящим или наигранным, ест десерт, Эшлинг размышляла, не заказать ли еще виски, или она пока может выносить ее компанию без хорошей дозы душевной анестезии. Пожалуй все же не стоит. Даже легкий хмель немного затуманит ум и развяжет язык, а с Мальсибер это точно лишнее. - А для меня не крепковат, - снова пожала плечами О'Флаэрти. - Нет, мне всего лишь нужно было пояснение, - что вы считаете лишним и навязанным в этом деле, и как, по-вашему, я собираюсь навредить вашему сыну. Это, кстати, не значит, что я стану следовать вашим указаниям, делая свою работу. То есть вы хотели сказать, что все вопросы, не касающиеся его профессии, вы воспримите именно так? Или что как раз именно профессия Доминика связывает его со Снейпом? - Для расследования конечно было бы лучше не тыкать вот так подозреваемых носом в то, что именно будет искать аврорат, но это сработало бы только если бы не было вчерашнего допроса. А так Мальсиберы уже все равно принялись прятать все признаки этой связи, до которых дотянутся, вреда еще одно напоминание не причинит, а еще пару лишних слов может вытянуть. Кроме того - пусть больше беспокоятся о попавшемся несчастном идиоте, меньше уделят внимания другим вещам. А копать можно не только под драгоценного наследника и не только под его дружбу с "отмеченным" Пожирателем.

+2

18

– Думаете, вы, действительно, настолько хорошо знаете моего мужа? – полюбопытствовала Ровена, отрицательно качнув головой. – С чего вы, Эшлинг, сделали такие выводы, позвольте узнать?
Десертную ложечку леди Мальсибер отложила на край тарелочки с десертом – отменный аппетит стал пропадать.
Все бы ничего. И в ином случае Ровена, не думая, встала бы из-за стола и покинула это заведение, выкинув из мыслей последний час. Но именно то, что Эш  оказалась права, попав точно в цель – Эдди был, есть и останется джентльменом в любой ситуации – и заставляло ее оставаться напротив этой девицы, в ожидании ответа.
Нет, леди Мальсибер точно знала: ничего дурного в отношении Эшлинг ее дорогой Эдвард даже не подумал бы – не в его вкусе. Но, Мерлин, неужели ей, старшему аврору, и Эдварду, главе отдела Надзора, приходилось работать вместе? Вот это было бы удивительно. Виделись тут? Вполне возможно. Выпивали, сидя же за этим столиком? Тонкая ладонь скользит по поверхности столешницы. Ну да – Эдди что-то такое говорил. Вот только она не расслышала этот момент, не считая его чем-то важным.
– Ну да, – должно быть впервые согласилась с Эшлинг Ровена, когда ирландка заявила, что виски не крепковат для нее. – Для вас – в самый раз!
Ровена убрала ладонь со стола, прикрыв веки на несколько секунд, и приложив указательные пальцы к вискам, несколько раз провела ими по часовой стрелке – мигрень снова подступала к миссис Мальсибер. После, скрестив руки на груди, Роу продолжила наблюдать за Эш, внимая каждому слову.
– Я не знаю ваш метод работы, Эшлинг! – она немного повысила голос, чтобы  О'Флаэрти услышала ее. – Именно по этой причине мне тяжело предположить, каким образом вы можете навредить моему сыну. – Ей надоело пытаться объяснить что-то. – Профессия и дружба Доминика никак не связаны с подозрениями к Северусу – не придумывайте,  О'Флаэрти! – она не снижает тон, действительно не понимая старшего аврора. – Или это одна единственная идея, не покидающая вашей головы? – почему-то именно так думает Ровена, сделав выводы по разговорам с Эшлинг.
Возможно, ирландка пытается сбить ее с иных мыслей, побуждая думать только о старшем сыне. Возможно это лишь отвлекающий маневр. Возможно, они нашли другую зацепку и не желают показывать этого. Одно лишь «возможно».

+2

19

- Моей головы не покидающая? - удивленно усмехнулась Эшлинг, - миссис Мальсибер, это не я вас нашла чтобы продолжать запугивать грядущими несчастьями вашего наследника, это вы меня выследили и подстерегли в мое свободное время, которое я трачу, заметьте, не на охоту за Домиником, а на бокал виски в баре. Это вы то пытаетесь убедить меня отнестись к нему как к неразумному ребенку, то намекаете, что если я себе позволю что-то вам неясное, но несомненно угрожающее ему, вы мне этого не спустите. Я не придумываю, я всего лишь пытаюсь понять, что вы имели в виду. - Ну а еще цепляется к словам, да, немного. На какое-то мгновение ей даже стало жалко Ровену: в самом деле тяжело тревожиться о близком человеке и не знать, как его защитить, но испарилось сочувствие быстро. Это ее семейка приложила руку к тому, что пол-Британии живет в страхе за родных, пускай походит немного в чужих ботинках, ей полезно.
- С вашим супругом мы работаем в одном Департаменте, я общаюсь с его подчиненными и знаю их мнение о начальнике. А еще мы с мистером Мальсибером однажды повздорили лично, и в этом споре он держался очень достойно. - С точки зрения норм этикета, по крайней мере. Вот же тварь, еще и прикидывался честным человеком, оскорбленную невинность из себя строил. А сам наверняка и прятал все следы подготовки того кошмара с нападением оборотней, помогал все организовать, уводил "серых" в сторону... Крыса. Породистая. Эшлинг с сожалением посмотрела на пустой бокал, - сейчас и правда хватит, не то общество и неподходящее время. Лучше с Джулианом поужинать сегодня, он расстроен внезапными новостями о ее переезде, друга нужно успокоить и утешить. - Вы что-то еще хотели от меня?

+2

20

Чем дольше времени леди Мальсибер проводила в обществе излишне прямолинейной ирландки, тем больше ее все раздражало. Единственное, что ей, действительно, хотелось, так это от души запустить в собеседницу не то, что пустой бокал, а целую бутылку, заполненную напитком до самого горлышка. Но Ровена только закрывает веки, прикладывая указательные пальцы к вискам. Делает глубокий вдох, успокаиваясь. Упаси Мерлин ей спровоцировать конфликт среди кучи авроров – только подольет масла в огонь. До оскорблеяний она опускаться тоже не будет. Только не сейчас.
И открывает глаза, безразлично глядя на Эшлинг.
– Вы меня прекрасно поняли, О'Флаэрти! – наконец говорит Мальсибер, чуть склонив голову на бок. – Не впутывайте моего сына в дела Снейпа. 
Эдвард всегда держится отлично, чего нельзя сказать о Ровене. Если в каких-то абсолютно посторонних ситуациях она поразительно безразлична. То, когда речь заходит о семье, леди Мальсибер заметно сдает позиции. Семья - и есть ее слабость. И то, что сейчас происходит, очень не вовремя – все и сразу. Лишь бы удержаться на плаву.
– Эдвард всегда держится вполне достойно, Эшлинг, независимо от того, кто перед ним, – она нарочно опустила взгляд ниже, рассматривая ирландку. Ее это абсолютно не трогало. И Ровена снова начала раздражаться. – В отличие от меня.
Неизбежно ли нападении на аврора, если она пробудет тут еще немного?
– Итак, поскольку с Домиником мою позицию вы поняли, хотелось бы спросить по поводу мистера Снейпа. – Она даже не смотрит на Эш, обращаясь к ней. – Что вы успели узнать – он у вас уже давно? Глубоко ли он погряз во всем этом? И что вы решили с ним?

+1

21

Эшлинг не удержалась и весело фыркнула, прикрыв рот ладонью. Мальсибер  держалась с таким апломбом и самоуверенностью, и настолько безосновательно, что трудно было не рассмеяться ей в лицо и не спросить, не приходится ли домовикам расширять двери в поместье для самомнения благородной дамы, а то в обычные же не пролезет. - Миссис Мальсибер, вы прекрасны, честное слово, - Эш не стала даже пытаться спрятать смешок, - просто восхитительны. Фанни! - громкий оклик и поднятая вверх рука привлекли внимание девушки, - Фанни, золотце, принеси мне грога или глинтвейна пожалуйста. - С пустым бокалом выслушивать Ровену дальше будет тоскливо до зубной боли, чем-то нужно поддержать задор: не каждый день ей не просто разрешают, а даже советуют подразнить и вывести из себя кого-то из этих "высокопоставленных", но градус стоит сбавить.

- Миссис Мальсибер... - проникновенно и почти ласково начинает Эшлинг, нежно погладив ручку айриш-бокала с ароматным рубиново-красным напитком, - Ровена, - короткий вздох, и улыбка превращается в уверенный жесткий лисий оскал, - вы не имеете надо мной власти, не имеете на меня влияния и не обладаете передо мной авторитетом, и тем не менее пытаетесь мне указывать и требовать ответа. Сюрприз - это не сработает, мне мало одного начальственного вида, чтобы подчиниться. Мне безразлична ваша позиция по поводу вашего сына, если он нарушил закон - ему конец, ваше выраженное неудовольствие этого не изменит. Я не стану вам рассказывать о ходе следствия по делу мистера Снейпа, это, во-первых, вообще-то тайна, а во-вторых - вполне возможно, что уж вы-то сами прекрасно осведомлены о том, насколько глубоко он увяз в делах Пожирателей. И решать что-то с ним будет суд, я только предоставлю Визенгамоту и обвинителю материалы дела.

+2

22

Ровена побагровела, едва на задыхаясь от бессильного гнева, сжав губы в тонкую полоску.
Гнев, насмешки и невероятное разочарование. Все это приходится испытывать Роу от женщины полукровного происхождения, которая ей в дочери годится. И все ради того, чтобы хоть малейшим образом повлиять на события, что невзрачной тучей нависло над ее семьей. Ровена не хочет всего этого. Не хочет и накалять обстановку, несмотря на неоднократные попытки ирландки, которая из кожи вон лезла, чтобы  насолить миссис Мальсибер, побуждая ее бояться за туманное будущее сына. Конечно, неизвестно еще, что там наговорил Северус. Но, раз Доминика еще не успели вызвать на допрос в срочном порядке, значит, у нее есть лишь догадки и собственные умозаключения – ничего более.  И эта мысль постепенно успокаивает леди Мальсибер, позволяя вдохнуть полной грудью, игнорируя странный озноб. 
– Я знаю! Жаль, что вы только сейчас поняли это, но сделали вполне ошибочные выводы, о которых, наверняка, не упомянули. –Спокойно ответила она, наблюдая за длинными пальцами на удивление изящной кисти руки О'Флаэрти. – Не хотите поделиться мыслями? Было бы интересно посмотреть на себя с иной стороны.
Нет-нет, Ровена прекрасно поняла истинный смысл в словах Эшлинг – не комплимент однозначно. И тем больше убеждалась, что за ней стоит кто-то. Даже не стоит пытаться узнать – все равно ничего О'Флаэрти не скажет. Вот только отчего-то была уверена, что госпожа старший аврор успела записать ее в ряды последователей Риддла. Было бы и в правду забавно, но ничего неожиданного. 
– Я не позволяла вас называть себя по имени, мисс О'Флаэрти, – учтиво заметила мадам. Только сердце предательски екнуло от прозвучавших слов относительно сына, недовольно посмотрев на собеседницу, прекрасно понимая, что Эшлинг нарочито выводит ее из себя. Ни в чем эта дамочка не убеждена – сплошные догадки и теории. Но надолго ли хватит ее выдержки теперь, когда кончики пальцев покалывают от напряжения, нервов, а дурнеет от нехороших мыслей? – Хочу вас огорчить, но мне неизвестно, насколько глубоко Снейп увяз в делах Пожирателей. – А потом негромко рассмеялась над следующими словами, удивленно приподняв светлые брови. – Вы и меня отнесли к ним? Приму это, как комплимент. – Она признательно кивнула. – Но, поверьте, каждый чистокровный маг или волшебница с громкой фамилией или желанием отгородить близкого не может быть причастен к этой Организации. Или у вас свои методы вычисления недоброжелателей?

+2

23

- О, вы уже позволили мне далеко не только это, если следовать простому принципу "как человек к тебе, так и ты к нему", но я все-таки слишком хорошо воспитана, - ухмыльнулась Эшлинг, сделав глоток глинтвейна, - меня хватает только на фамильярность. Знаете... - улыбка с ее лица исчезла, словно стерлась, а немигающий "совиный" взгляд сделался холодным и прозрачным, - у вас очень интересное представление о комплиментах. Готова спорить на любые ставки, если я вам покажу колдографии тел жертв Пожирателей Смерти и расскажу, как именно их убивали, - секунда раздумий и короткое, едва заметное "птичье" движение головой, - нет, одних колдографий хватит, вы оставите свой кьянти, - название напитка Эш произнесла с легким оттенком снисходительного презрения, - и свой бисквит прямо на собственных туфлях, не добежав до уборной. От некоторых снимков даже опытных колдомедиков выворачивает... А вы считаете лестным для себя быть причисленной к "смертоедам", этим жертвам неудачных абортов, мнящим себя светом и элитой магического сообщества Британии, - если судить по тону голоса, ее это как будто слегка удивляло, и только, даже в ругани сейчас не сквозило злости. - Да, у нас есть методы, нет, я не стану делиться с вами ни ими, ни мыслями, ни выводами, я разве не сказала уже? Вы наверняка вполне поняли, какое впечатление о вас у меня сложилось, и с самого начала этого дивного вечера знали, что хуже меня компанию для вас сходу и придумать сложно. По делу между нами вроде бы все сказано, а светская беседа как-то явно не клеится. Можем конечно поболтать о политике, говорят, это спасает безнадежные разговоры, но не обессудьте, предупрежу заранее, - в моих примерах и суждениях будет много о крови и трупах: национальные особенности понимания темы.

+2

24

Что ни говори, но тут Эшлинг была права – иногда Ровена, действительно, забывала обо всех последствиях, что несли с собой Пожиратели. О тех слезах, пролившихся в страхе, в жалости и от беспомощности. От горечи осознания и жгучей ненависти к противнику. Эта женщина как можно дальше оградила себя, спрятавшись в стенах собственного дома, от всей грязи, что оставляли после себя последователи Риддла. Нарочито не вспоминала, что почти вся ее семья погрязла в этом. Муж, старший сын, брат, племянники. То, что они делали по приказу Риддла. И только Марцеллу, ее драгоценному младшенькому, с негодованием относившемуся к принятой семьей стороне еще до его рождения, удавалось не влезть во все это. Но окончательный выбор еще не сделан – рано еще о чем-то говорить.   
А вот тут Эшлинг ошиблась – Ровене не нужно было даже смотреть на колдографии, чтобы отчетливо ощутить запах гнили, вставший перед носом, и начать испытывать элементарную тошноту – слов оказалось вполне достаточно. Краска испарилась с ее лица и Мальсибер слушала О’Флаэрти, не перебивая, не сделав ни одного резкого движения, но лишь изредка ухмыляясь в ответ на некоторые слова. К десерту и напитку предусмотрительно не прикасалась.
– Ну почему же, – она легко качнула головой, избегая отчасти жутковатого взгляда собеседницы, что сковывал на раз-два. – Вы же меня смело относите к Пожирателям. Хотелось бы еще услышать ваши предположения: за какие заслуги? – Это птичье движение головой Эшлинг заставило ее сделать недолгую паузу между произнесенными словами. – Вы считаете, что я участвовала в этих нападениях? – просто смешно. Даже Эдди не представлял подобного. А ему виднее. – Что я принимаю участие в планировании операций? Может быть, под оборотным зельем? – она отвела взгляд от ирландки, раздумывая о своих «заслугах». – Или использую Непростительные на этих несчастных, оттачивая навыки? – а вот это ближе к правде. Никто кроме нее и Эдварда не знал и никогда не узнает, что когда-то поначалу их семейной жизни было что-то подобное. Как-то по молодости Ровена, действительно, использовала Круциатус к женщине, которую муж привел именно для того, чтобы Роу выплеснула всю боль и гнев, порожденные едкой ревностью. – Или ваши предположения относительно меня – попроще? Использовала лишь Круциатус, скажем, к любой неугодной мне девице? Или умалчивала о тех, кто навсегда остался в подвале нашего дома? – она откровенно забавлялась, даже позабыв на время своего диалога о том, что вызывало неприятные ощущения. – Или вы будете говорить только о жертвах с колдографий?

+2

25

Пожалуй ей понравилось наблюдать, как Мальсибер бледнеет и отводит взгляд, какой осторожной, если не сказать  - неуверенной, становится ее ухмылка, вот теперь разговор становился интересным. Ему бы еще пара капель веритасерума не помешала, но и так неплохо. Любопытно подмечать тонкие оттенки того, как Ровена говорит. Эшлинг только собиралась ответить, что у благородной дамы кишка тонковата и ручки слишком белые, чтобы участвовать в этих "акциях устрашения" лично: слишком изнеженная натура, слишком много нервов, слишком... "непрофессиональная" пластика движений, - уж бойца она отличила бы, узнала, но тут Ровена заговорила о Непростительных. И как-то это выходило очень похоже на старый анекдот "Такой высокий блондин в синем пальто, черной шляпе и еще со шрамом через губу? Нет, не знаю, никогда не видел". Почему именно круцио, а не более лестное для мага империо, например, - демонстрация силы воли, или любое другое заклятье? Почему именно женщина в качестве примера жертвы, тем более "девица" и почему-то "неугодная", откуда такой странный выбор слов, такой набор излишних подробностей? Саваж сказал бы - преступники жаждут признаться, большинство из них, рассказать обо всем, что сделали, из раскаяния ли, или из неудовлетворенной гордости, но они хотят, чтобы люди узнали. Он бы нашел в этих нескольких фразах верные зацепки, безошибочно. Ей не хватало такой орлиной проницательности, ей это умение заменяло чутье, как у охотничьей собаки, слепое, но верное, и чутье подсказывало сейчас - не все с этой женщиной так просто, как казалось поначалу.
- Нет, я не думаю, что вы могли бы быть способны на что-то... существенное. - Эшлинг небрежно пожала плечами, сделав еще один глоток. - К планированию, рассмотрим гипотетическую ситуацию, вас не допустили бы, мужчины аристократических семей, старой закалки, презирают женщин. По их мнению место жен в детской с малолетними наследниками или в гостиной в качестве хозяек светских приемов, не более. Чтобы заслужить в их глазах право что-то решать наравне с ними, надо превосходить их на голову. Заклинания... - она чуть склонила голову набок, - вы не похожи на человека, который справится с боевыми чарами, - вы побледнели при одном упоминании последствий их применения, Непростительные же вообще требуют от мага особых душевных качеств. Да и зачем вам, оттачивать навыки чтобы потом что, домовиков ими распугивать? Намекать молоденьким ведьмам, положившим глаз на деньги и статус вашего мужа, или просто появившимся на рауте в затмевающем вас наряде, что вы и круцио можете сами применить, а розы в саду привыкли к удобрениям из девичьих потрохов? - вот теперь пренебрежение в голосе читалось явно и недвусмысленно, почти как вызов, как брошенное в лицо сравнение с бесполезной пустышкой. На раскаяние Эшлинг в случае с мадам Мальсибер не поставила бы и ломаного кната, зато самолюбие... - Почему, кстати, именно круциатус вам приглянулся? Среди боевых - ладно, мы уже практически выяснили, что на обгоревшее мясо, вывороченные внутренности, торчащие из разорванной кожи обломки костей, гниющие язвы и прочие последствия вам смотреть противно.  Но разве авада не страшнее? Или империо - не демонстрирует нагляднее, что противник слабее духом и рожден подчиняться мастеру, освоившему эти чары?

+2

26

– Какое же у вас, однако, устаревшее представление о семьях магической аристократии, мисс, – Мальсибер качает головой. – Время меняется. И мы меняемся вместе с ним. По крайней мере, многие из нас. – Ровена не уточняет многого, просто-напросто обобщая подобные моменты – Эшлинг не тот собеседник, которому она будет вдаваться в подробности. Этот процесс будет для нее невыносимо скучен. Как и сама леди Мальсибер, как они уже выяснили. К тому же, тут подходит несколько тем, об одной из которых Роу упоминать категорически запрещено. – Все придерживаются сложившихся традиций. Однако всегда нужно шагать вперед со временем. Стремиться к чему-то большему. 
Ровена всегда помнила о том, что на людях непременно создает впечатление  добродушной хозяйки своего дома, хорошей  жены и надежной хранительницей семейного очага. Однако на деле же мало кто мог понять, на что способна эта женщина. Даже сама Ровена многого не подозревала о себе. Непростительные? Случалось и такое. Взять хотя бы эту историю с Грейбэком, продолжительностью в пять лет...
Настроение урожденной Лестрейндж испортилось окончательно. В последнее время произошло  слишком много событий, многие из которых никак не радовали.
А вот последующие слова Эшлинг снова вызвали в ней поток эмоций. Ровене не понравились предположения ирландки, несмотря на то, что теперь они не имели никакого значения для Мальсибер. Эта странная обида частенько посещала госпожу Мальсибер по молодости. Но никак не последние лет двадцать точно.
Было просто противно об этом слушать. Ни беспочвенных подозрений, ни откровенной насмешки. Просто... неприятно.
– Хочу вас огорчить, мисс О'Флаэрти – у нас с Эдвардом все прекрасно. – По реакции миссис Мальсибер это вряд ли заметно. Впрочем, это старшему аврору, вероятно, тоже все равно. Ровена прекрасно знает, что это провокация со стороны Эш. Но тяжело промолчать, когда вспоминается о том, что приносило отрицательные эмоции. Сразу появляются какие-то глупые сомнения, тут же сбивающие с толку. Разве что хочется приложить руку к плоскому животу и убедиться, что это все не плод волнующего воображения. Только не сейчас.
– Вы и многие воспринимаете меня, как пустышку, мисс, не способную ни на что, – Ровена берет бокал со своим напитком и делает глоток, проглатывая застрявшие в глотке слова. – Яркое украшение Мальсибера, не обладающее душевными качествами. Да, Эшлинг? – она повторила несколько слов, сказанных собеседницей с минуту назад. – И почему я ждала какого-то иного мнения от вас? – кажется, Ровену понесло – Эш знала, на что давить.
А вот о словах о торчащих костях и внутренностях побудил женщину опустить взгляд куда-то к полу, думая об аромате цветов, что витал в саду Мальсиберов летом.
– Неужели вам нравится изводить меня? Говорить обо всем этом? Нет тем приятнее? – она повысила голос. Но тут уже продолжила тише. – Я не говорила о том, что это заклинание приглянулось мне. Просто привела пример. Или у вас уже есть догадки и на этот счет?

+2

27

- Мистер Мальсибер совершенно не в моем вкусе, так что ваша счастливая семейная жизнь меня не огорчает, - Эшлинг едва заметно пожала плечами. Ну правда. Конечно было бы лучше, будь семья Мальсиберов разделена ссорами, разногласиями и обидами: хорошо, когда у врага нет надежного тыла, но сейчас не важно, как все обстоит у них внутри. Вот насколько Ровена сама замешана в делах Пожирателей - важно, именно с намерением это подсветить Эш ее и дразнила, впрочем на серьезные успехи не рассчитывая. Хоть и через раз, но благородная дама все-таки вспоминала, когда стоит вовремя прикусить язык. - Вы вольны думать о моих догадках все, что угодно, я же сказала, что не стану ими делиться, - еще одно короткое движение плечами. - Я бы посочувствовала вашему живому воображению и способности ярко и натурально представить себе эти картины, если бы сама подобного въяве не видела. Но если хотите - давайте выберем что-нибудь, что не так будет беспокоить ваш желудок и нервы. Например - в чем же мое представление об аристократических семьях не соответствует современной реальности, в вашем случае, или в общем, мне интересно послушать. Или мое мнение о вас - почему вы ждали иного, и почему оно должно быть иным. Или более удачные примеры чар, теорию Непростительных, мы, кстати, их теперь осваиваем, необходимые для разных видов колдовства черты и качества... Разумеется что-то у вас есть, чтобы совершенно ими не обладать, нужно быть не человеком, а големом, и то некоторые бы поспорили. У меня есть еще где-то с полчаса, потом меня ждут в другом месте. - Вот тебе инициатива в разговоре, бери, пользуйся. Может быть так тоже удастся вытянуть какие-то крупицы важной информации, тонкие нотки, уловимые только чутьем, может быть проявится еще что-то... интересное. Пусть проявит себя.

+2

28

– Хватит! – качнув головой, ни с того, ни с сего спокойно произносит Ровена больше себе, нежели Эшлинг, приподняв руку, тем самым давая понять, что не желает более слушать искренние или не очень, заявления Эшлинг. А дальше – и вовсе не вслушивается в речь. Только отдельные слова иногда долетают до разума, напоминая благородной мадам, что она все еще тут.
Мальсибер немого опускает голову вперед, отчего-то даже не усмехаясь, не ощущая иных эмоций.
Великий Мерлин и Моргана! О чем же думает Мальсибер, когда может предположить самый худший вариант из возможных? Что подталкивает ее к подобным мыслям? Это же неуважение к самой себе! Это нежелательное в ее положении огорчение. Непозволительное беспокойство. Недоверие к собственному мужу, который не посмел бы ничего подобного в отношении супруги, тем более, сейчас. Недоверие Эдварда, фамилию которого носит с такой гордостью, с которой не носила девичью.
Ровена глубоко вздыхает и выдыхает, приводя беспорядочные мысли в порядок.
– Я не собираюсь разжевывать то, что вас никоим образом не касается. – Удивительно, но Ровена не переходит на крик даже после своей выходки, целью которой было лишь остановить поток вопросов, не вызывающих ничего приятного. Тихо. Спокойно. Немного устало. – Хотите поговорить о моих чертах, качествах и недостатках, которые вы уже успели обнаружить? Пожалуйста! Но только не, так называемом, сочувствии.
О'Флаэрти продолжает дразнит Мальсибер. И мадам это прекрасно осознает. Но что-то не дает ей повернуться спиной к этим простым, на первый взгляд, словам, ответ на которых может подвести ее любимых людей в руки аврората. Ее до ужаса раздражало сочувствие кого бы то ни было в целом. Это наигранное сострадание, не несущее в себе ничего кроме откровенных насмешек той же О'Флаэрти.
– Я же сказала хватит! – Она резко хватает бокал с напитком, который уже успела отодвинуть и швыряет им в сторону Эшлинг, даже не особо присматриваясь – лишь бы остановить поток произнесенных слов.  – Я не желаю от кого бы то ни было слушать о  сочувствии, неужели вы до сих пор этого не поняли? 
Она ни капли не удивляется, когда Эшлинг резко уклоняется и бокал разлетается вдребезги, оставляя мокрое вишневого цвета пятно на стене позади ирландки. Сама же Мальсибер резко напрягается и удерживает руку перед собой, чтобы в любой момент отразить нападение.  Ей вновь было не по себе – обстановка действовала именно так.

+2

29

Вот стоило только снизить накал... С ее точки зрения последние несколько фраз были практически нейтральными, но видимо что-то в них стало для Мальсибер той последней каплей, которая переполнила чашу терпения. От брошенного бокала Эшлинг увернулась и просто толкнула стол в сторону Ровены, освобождая себе пространство для маневра и ограничивая - ей. Разлитый при этом глинтвейн конечно жалко, но кто всерьез жалеет еду и посуду больше собственной головы в таких ситуациях? - Immobulus! - палочка в руке Эш оказалась в тот же момент, как она вскочила из-за стола. Для нужного результата второй раз пришлось сразу добавить теми же чарами, у Мальсибер был при себе активный защитный артефакт.
Ни испугаться не успела толком, ни разозлиться по-настоящему, ситуация скорее выглядела... смешно. Рассказать кому - не поверят, что жена главы Надзора, урожденная Лестрейндж в баре швырялась в аврора чем под руку попалось. Эшлинг тыльной стороной ладони прикрыла нервный смешок и несколько раз глубоко вздохнула, чтобы справиться с неуместным желанием расхохотаться в голос: на них сейчас с десяток человек смотрит, неправильно поймут.
- Миссис Мальсибер, вы задержаны при попытке нападения на сотрудника аврората Магической Британии. Вы имеете право на адвоката, если у вас его нет, вам его предоставит адвокатская коллегия Визенгамота, вы имеете право на то, чтобы вашим родственникам сообщили о вашем задержании не позднее чем через сутки, вы имеете право хранить молчание, но если вы не скажете чего-то, на что позже будете ссылаться в суде, это может повредить вашей защите. Вам понятны ваши права? - почти участливо осведомилась Эш, наклонившись к Ровене, - вам придется немного подождать вот так, пока я вызову коллег, которые примут у меня заявление, опросят свидетелей, - короткий жест в сторону бармена, официантки и нескольких авроров и хитов, чье внимание привлекла суматоха, - обыщут вас и доставят в камеру предварительного задержания. А потом нас обеих ждет чудесный вечер в отделе, вас - не один. Мои соболезнования. Стоило оно того? - Лучше бы конечно она попыталась атаковать чарами, основание для ареста весомее, но... и так неплохо. Не удастся организовать серьезное дознание - хоть анекдот про  этот случай можно будет пустить. Тоже в своем роде хорошая выйдет провокация на будущее.

чары

*Immobulus - P, F - (лат. immobilis - "неподвижный")
Голубая вспышка. Обездвиживает жертву, парализуя скелетные мышцы. Может обездвижить как полностью, так и частично (в этом случае в формулу заклинания необходимо подставить латинское название части тела).

+2

30

Могла ли Ровена  предположить, что на простую выходку, которую леди Мальсибер  громко могла бы назвать повседневной, Эшлинг отреагирует именно так? Нет, не могла. Какое, к дракклу, нападение? Кто-кто, а старший аврор должна прекрасно понимать суть этого слова. Но, видимо, даже чих в сторону ирландки воспринимался двояко.
Как только заклинание охватило тело леди Мальсибер, паника в один счет накрыла женщину – Ровена просто не ожидала этого. Она была уверена, что О'Флаэрти знает, что делает. И просчитывает последствия наперед, учитывая, что Ровена ничего дурного не намеревалась сделать. Но... кто-то из них ошибся.
Воздуха становится катастрофически мало, будто бы невозможно сделать ни глубокого вдоха, ни – выдоха. Прежде спокойно стучащее сердце словно пропустило удар. Мысли в голове беспорядочно смешались, не позволяя сосредоточиться на какой-то одной.
Мальсибер смотрела то на О'Флаэрти, то словно сквозь нее. И не слышала обращенных к ней слов, наблюдая лишь за движением губ. А туман медленно наполняет сознание. Это тот самый момент, которого Ровена ждала куда раньше. Тот момент, когда хочется вскочить со стула и выйти из этого странного гнетущего заведения. Но тело не слушается, а голова продолжает кружиться. Тот момент, когда нужно ухватиться за что-то рукой, но Мальсибер не в состоянии этого сделать. Тело расслабляется, но при этом не меняет положения... странное чувство.
– Эдвард, – одними губами произносит Ровена, прежде чем сознание окутывает темнота.
Одно она неосознанно сделала: завершила эту беседу.

+1


Вы здесь » Marauders. Brand new world » Флешбеки » Follow me