картинка

Marauders. Brand new world

Объявление

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders. Brand new world » Флешбеки » 01.02.43В гостиной было весело и шумно…


01.02.43В гостиной было весело и шумно…

Сообщений 1 страница 30 из 50

1

В гостиной было весело и шумно…


Открытый 


http://25.media.tumblr.com/c34503118922bcd4b2d1ac362a015799/tumblr_mx4o9eAvke1qck0h4o1_r1_250.gif
http://31.media.tumblr.com/6d016acff9bc0af88b84f76ab6cff3af/tumblr_mx4o9eAvke1qck0h4o4_r1_250.gif

Том Риддл, Рикард Лестрейндж, Эдвард Мальсибер, Антонин Долохов, Аластор Грюм, Братимеус Крауч-старший (не с первого круга) и др.

Имболк: ночь с  31 января на 1 февраля 1943 года (с воскресения на понедельник),

Гостиная Слизерина

"Правда или действие" - прекрасный способ отметить Имболк. С самого утра в школе несколько избранных получают записки о том, что их будут ждать после отбоя неподалеку от гостиной Слизерина.

Дополнительно: в отыгрыш можно прийти НПС студентом того времени с любого факультета. 5 свободных слотов) Очередность свободная по первому кругу, не задерживаем посты больше трех дней)


Том - Рикард - Эдвард - Антонин - Вальбурга - Злата (Эшглинг) - Аластор - Абраксас - Люси (Лили) - Алан (Баст) - Друэлла - Ровена -

+5

2

Зимой по Хогвартсу гуляет ветер: тугие ледяные порывы забираются под мантию, если не запахнуть ее достаточно плотно и выманивают оттуда все сбереженное тепло. Ходят слухи, что это и не ветер вовсе и если подобрать верное заклинание, то порыв рассыпется ледяной пылью, а пыль эта, если подсыпать ее в вино и выпить в полночь...
В гостиной Слизерина в такие байки не верят и ночью в продуваемые коридоры подземелий стараются не выходить - мало удовольствия в том, чтобы пить потом перцовое зелье от простуды и пускать из ушей облачка пара. В гостиной Слизерина вечерами всегда есть чем заняться и подливают там в кубки с тыквенным соком совершенно другие вещи. В тесном небольшом кругу бывают разные развлечения.
Сегодняшний Имболк тому лишь подтверждение - ещё поутру были донесены все необходимые записки на клочках пергамента, ещё поутру было спланировано все, что только можно спланировать и к вечеру в гостиной Слизерина все необходимые приготовления совершены.
Том, это трудно отрицать, питает страсть к таким вечерам. Кто-то может подозревать его в попытке вести какие-то вдумчивые политические беседы или даже пропагандировать какие-то свои особые взгляды на мировое устройство, но правда на самом деле банальна и легка - ему просто нравится это ощущение. Ему нравится ощущение единства факультета и, видит Мерлин, Том Риддл немало сил приложил к тому, что бы собрать вокруг себя слизеринцев, не только как тех, кто его боится - таких мало и это в основном первые три курса. Но как тех, кто его уважает.
Возможно, те же гриффиндорцы (да и два других факультета тоже) могли бы обвинить его в желании властвовать над неразумными товарищами, но на самом деле пользы от Риддла все же несоизмеримо больше, чем вреда. Горацио Слагхорн уже и не приходит к своим воспитанникам - уже полгода как вместо декана факультет вертится вокруг старосты, а на благополучии Слизерина это сказалось как нельзя лучше. Когда Том говорит о чести факультета, у него выходит куда убедительнее, чем у Горацио.
Он ждет в гостиной, перед столом, у камина, вольготно развалившись в кресле и устроив на коленях неизменный дневник - перо пляшет по странице, высчитывая общую сумму галлеонов за продажу нескольких склянок яда василиска. Осталось бы найти покупателя, не все же радовать Слагхорна... Но это, пожалуй, мелочи, на следующих выходных в Хогсмид, а там...
- Спать, - коротко командует Том стайке хихикающих над игрой в плюй-камни первокурсников, поднимаясь из кресла. Никто не спорит - малышня, как шестилетки, собирает​ свои кубики в коробку и уходит по коридору в спальню. Девочки им компанию по привычке не составят, младшие курсы уже разошлись, старшие придут, если захотят... В общем-то, гостиная остается пуста, за исключением тех, кто пришел сюда для того, чтобы предаться развлечениям в обществе слизеринцев.
- Ну что ж. Все, кто был заинтересован, пришли, кто не был... увы, не удостоили нас визитом, - Том чуть насмешливо улыбается, обводя собравшихся взглядом.
А потом ставит посреди двух сдвинутых магией столов, что перед диванами, тяжелый серебряный с чернью кубок - на нем вьется змея и до боли знакомая буква. Не реликвия, конечно, но все равно вызывает невольное уважение.
- Думаю, правила игры знают все. Они не слишком изменились.
Он вытаскивает внутреннего кармана мантии пузырек. Небольшой, узкий, не больше пальца - больше ингредиентов у Слагхорна не было, да и желания, в общем-то, тоже (хотя второй пузырек, побольше, Том припас на будущее). В пузырьке прозрачная, как вода, жидкость.
Риддл откупоривает емкость, выплескивая ее содержимое в кубок.
- Для тех, кто не знает, как играют в "правду" или "действие" на Слизерине, поясню. В кубке - Веритасерум, уникальное зелье правды. После того, как выбрана "правда" нужно будет сделать из кубка глоток. А теперь, пожалуй, нужно немного сбавить градус.
Он протягивает руку, оставляя на чужой выбор то, чем именно сегодня разбавят содержимое кубка. Да хоть бы и огневиски.

Отредактировано Lord Voldemort (2017-05-23 23:07:02)

+7

3

[AVA]http://s0.uploads.ru/DcK0Y.gif[/AVA]Рикард не смотря на знак на своей нашивке создание теплокровное. Не сказать даже, жаркокровное. От змеи в нем только изворотливость, да неторопливость вроде бы сытого удава, который в любой момент готов стремительно развернуть кольца. По коридорам Хогвартса гуляет холодный январский ветер, которой оставил им уходя Йоль, но Лестрейнджа ему не догнать. Рикард дышит на пальцы и сжимает, разжимает кулак. А потом проходя после завтрака мимо стола Гриффиндора, кивает Аластору - ну и вытянулся же он за последний год - и короткая записка перекочевывает в его руки. Любезное приглашение принять участие в праздновании Имболка, и встретиться неподалеку от гостиной Слизерина под портретом Вивианы - девы Озера. Та ниша плохо просматривается, в ней удобно прятаться, а сама дева благосклонно взирает на мальчишек и не будет сдавать их завхозу.
Рикард улыбается приятелю и идет дальше: ему нужно раздать еще два приглашения, а потом поймать Тома. Самопровозглашенная недобабушка старосты факультета. Правда кроме самого Рика никто особо не рискует так его называть. Даже за глаза. Потому что у Рикарда много где есть уши, даже если это уши Эдди Мальсибера - что в целом, одно и тоже.
Они позвали так же нескольких дурмстрангцев, приехавших с конференцией. Но их приведет именно Эдвард.

А Рикард в ночи успевает отвесить прелестной Вивиане пару комплиментов и даже заслужить одну улыбку прежде, чем из мрака появляется Аластор и парочка других приглашенных. Холодный воздух пытается забраться под мантию, не подозревая, что там его ждет скорая гибель: Рик хорош в согревающих чарах. Да и сам он та еще печка.
- Вечера доброго,- и сразу кивает на коридор, - не будем радовать завхоза и его порочные надежды на розги, не задерживаемся, - и сам идет вперед, легко петляя между коридоров.
- Абрикосовый мармелад, - в пол голоса озвучивает Лестрейндж пароль, удерживаясь от гнусного озвучивания "или грешная страсть декана Слагхорна", и разворачивается с приглашающим жестом, - Добро пожаловать в святая святых самого гнусного и злодейского факультета, друзья мои. И кто после этого скажет, что мы не гостеприимны, пусть первый бросит в меня пирожком с кухни.
Входит он последним, прикрывая за собой. Дальше хозяин мероприятия - Риддл берет все в свои руки. Рик же обеспечивает сладости, закупленные вчера и сегодня в "Королевстве" и устраивается на диванчике, с трудом сдерживая желание забраться туда с ногами. Позже, когда все будут уже достаточно не трезвы.
Ему  все равно, чем будут разбавлять зелье: пусть этим займется Эдвард, как главный по дурмстрангцам и их алкоголю. Как вообще главный по алкоголю. Рик наблюдает, лениво разворачивая шоколадную лягушку, и крепко сжимает ее двумя пальцами, откусывая одну лапку. "Все-таки эту сладость придумал один из тех редких интеллектуалов, что отрывают крылья мухам и жгут муравьев..."
Ему нравится то, как трещат дрова в камине, как огонь бросает блики на лица и кубок на столе, как звучно разливается по гостиной голос Тома, как дергается в его пальцах покалеченная конфета. И да начнется игра.

+6

4

[AVA]http://cdn1.savepice.ru/uploads/2017/6/14/3b7d0591b7aa3c54f60d190dfe2f9595-full.jpg[/AVA]Еще прошлым вечером Эдвард Мальсибер вытягивает короткую соломинку. Это, конечно, фигуральное выражение – но все же как-то так получается, что при распределении обязанностей к этому скромному торжеству именному ему достается самое ответственное дело. Дурмстрангцы. Точнее даже не они, а алгоколь. Даже не алкоголь, а способ пронести его в достаточном количестве мимо вездесущего невыносимого завхоза и не менее вездесущих учительских патрулей. И если последние просто ищут нарушителей режима, а от них Эдвард может отговориться, пользуясь своим добрым именем хорошего серьезного мальчика (только не перед Дамблдором, перед кем угодно – но не перед ним), то неожиданный досмотр в любом случае гарантированный срыв приятного вечера.
Впрочем, Мальсибер дотошен – и он знает, насколько завхоз часто патрулирует тот или иной коридор. Конечно, это не спасет от откровенной неудачи или случайности – но, что ни говори, можно ведь и память ему стереть.
К их смотрителю с замашками маньяка Эдвард испытывает исключительную брезгливость, и если бы не прямой запрет Риддла… Если бы не это, Мальсибер был бы первым, кто подстроил бы этому человеку «несчастный случай». Потому что  не стоит мешать законопослушным студентам нарушать этот самый закон, пусть и сугубо школьный. 
Антонина Долохова Эдвард знает потому, что с ним переписывается Риддл. Да и в принципе, сложно не узнать что-то о неожиданном заграничном друге, который еще и на несколько лет старше. Дело даже не в том, что Рик Лестрейндж изводится без информации, а в том, что самому Эдди интересно. Но, конечно, дело в первую очередь в том, что Рикард невыносим, когда ему что-то срочно требуется.
Он коротко жмет Долохову руку, аккуратно и быстро ведет их в замок по одному из тайных ходов, которые они обнаружили буквально недавно. В этом ходе у него уже припрятана коробка с алкоголем – она, пусть и под уменьшающими чарами, довольно ценная добыча для любого радетеля дисциплины среди школьников.
Тем не менее, достать алкоголь при наличии некоторой фантазии, дело не такое уж и сложное. Хотя, конечно, Эдвард не может не вспоминать первый раз, когда он попытался купить пару бутылок в «Кабаньей голове». Неадекватный бармен так разошелся, что пришлось позорным образом бежать, а язвительный Лестрейндж еще некоторое время это припоминал. Ну и Том, конечно же, не преминул поиздеваться.
Впрочем, сейчас все было очень аккуратно и очень тихо – несколько бутылок огневиски, вино для особенно трепетных натур, гранатовый сок для Риддла… И пара бутылок «русской сыворотки правды» - водки. Это, так сказать, к приезду дорогих гостей.
- Добро пожаловать, - Эдвард проводит своих гостей – Долохова и еще нескольких дурмстранцев – в гостиную. Рикард уже привел своего дружка с Гриффиндора и прочих ребят с других факультетов. Нотт, Эйвери, Розье – тоже на месте. Ну, и, конечно же, Том – куда же без него. Он не слишком распространяется сейчас. По дороге он уже кратко рассказал о том, что у каждого факультета своя гостиная, что она общая для всех студентов факультета, но «пришельцев» не любят – да и в принципе закрывают гостиные пароли. Он даже поотвечал на вопросы – дурмстрангцам оказалось интересно их деление, изнутри, так сказать. Они читали об этом, но их система работала совершенно иначе, так что именно на практике у них оказалось много вопросов, особенно после слов Эда о гостях с других факультетов и предупреждении о том, чтобы не обижались на странные вопросы вроде «а вас действительно учат Непростительным» и так далее.
И, на самом деле, очень хорошо, что они сейчас играли в «правду или вызов», а не в «я никогда не…».
Когда Риддл протянул кубок, Эдвард был уже готов и наполнил его водкой весьма щедро. Прозрачная жидкость, можно даже сказать, что это просто чистый Веритасерум (хотя столько… о, это значило бы, что студенты еще неделю говорили бы правду).
Кстати сказать, размер кубка был не случаен – в таких пропорциях именно что один глоток давал «правду» - иначе игра становилась бы не такой интересной, и зелье бы не успевало выветриться до того, как до человека вновь доходила очередь… А так – лишь веселее.
- Сбавить градус не выйдет, - подмигнул Эдвард, - но для желающих действовать у нас все еще есть сливочное пиво и шипучка, - да, пришлось захватить что-то «невинное» на всякий случай. Ну, если кроме Тома окажутся правильные старосты за столом, мало ли.
Эдвард взмахнул палочкой, бутылки аккуратно выстроились в ряд около сладостей. Кто захочет, тот возьмет. Впрочем, он выполняет обязанность «материально-ответственного» лица и левитирует к Тому кубок с соком и кровавые леденцы.
Внимательно обводит окружающих взглядом.
- Что ж, по нашей давней традиции, первым будет тот, кто из нас последним пил молоко, - Эдвард усмехнулся. Это было одно из заблуждений о змеях – то, что они любили молоко. На самом деле, нет, у змей молоко не усваивалось. У химер и гомункулов в виде оных – да, безусловно, но у настоящих – нет. Так что традиционно они обыгрывали какую-то чушь насчет прелестных созданий, являющихся символом их факультета.
Впрочем, не мог же он сказать о последнем, пившем кровь – так уж точно пришлось бы Тому начинать (даже если распитие крови воспринимать фигурально).
Нет, вечер точно не будет скучным. И это радовало.

upd

Исправлена фактологическая ошибка

Отредактировано Edward Mulciber (2017-06-14 16:34:35)

+7

5

...кто последним пил молоко, - на этой реплике относительно сдержанные гости из Дурмстранга переговариваются, а потом всё же смеются, - молоко пили все, не далее как на ужин, совсем недавно - не то в качестве противодействия ночному пьянству, от которого школьный устав не спасает - в Дурмстранге часто доучиваются уже совершеннолетними, пример Антонина тут не единичный вовсе, попробуй им запрети, не то в качестве компенсации традиционно долгой зимы, в которой мороз, снег до второго этажа Школы и рассвет после полудня - такие же частые явления, как уроки, - молоко, горячее, с мёдом или специями, пьют все, включая большую часть учителей.

Именно это поясняет самый младший, кажется ровесник местным, гость, - слова ему частью подсказывает Долохов, частью - второй из приглашённых, точно так же стриженный почти наголо, отчего все "северные гости" неуловимо смахивают на родственников. Между собою эти двое общаются на каком-то славянском, наверное, языке, и английский их не такой, как у Антонина, с его чисто немецким "r" и вылезающим местами слишком твердым произношением "зыс". Сам Тони занят - дополняет принесёнными бутылками ряд около сластей - тёмно-зелёные, обернутые в ткань сосуды с чем-то смутно различимым внутри неторопливо извлекаются из ментиков старших гостей. Этим ни молоко, ни устав школы Хогвартс не указ и не помеха - приходить в гости с пустыми руками значительно хуже, чем попасться местному завхозу.
Тем паче, что опыт столкновений с дурмстранговцами у завхза оказался каким-то неоднозначным - понаехавшие наказаний не боялись, смотрели спокойно и снисходительно (ему не повезло столкнуться с факультетом Локи), словно на досаждающую букашку, что-то комментировали по-немецки, а потом их всё равно отпустил Директор. Вроде бы всё по правилам, почётно для Хогвартс, но как-то неумолимо унизительно для завхоза.
Словно он пустое место.
Впрочем, примерно так к нему северные гости и относились - ходили сквозь, смотрели мимо, оттирали при случае в сторону плечом, если совсем уж мешался.
[AVA]http://se.uploads.ru/t/vGLYT.jpg[/AVA]
Держатся они кучкой, решительно оккупировав в свои владения угол подальше от сладостей (слишком приторных и сладких на вкус), поближе к выпивке и правилам игры. И совершенно автоматически задвинув молодого ритуальщика вместе с единственной их барышней - Златой, - в задний ряд, вперёд выдвинулись оба старших - что Антонин, что Янкл (Джейкоб, - один раз уже объяснил тот интересующимся) были на год-два старше собравшихся в гостиной хогвартсев. Хозяев они пока отличали их друг от друга в основном по цвету и длине удивительно нестриженных волос. Их-то самих можно было отличить по разному цвету шнуров ментика, разным нашивкам и подбою.
- Сбавлять г'адус не будем,- согласно тянет Янкл,- но нужно ог'аничить как-то действие, иначе мало ли что я поп'ошу?
Антонин щурится на знакомого - Тома, и на его странных, приятелей-не-приятелей, думает, что играть в такой компании - дело рискованное. От этого холодит макушку и быстрее под тонкой рубахой течёт кровь...
- Нужен пример, - поддерживает он Янкла, -уточнять будем по ходу?

Отредактировано Antonin Yu. Dolohov (2017-07-08 09:57:11)

+6

6

Приглашение от слизеринцев на праздник "для своих" они получили, кажется, благодаря знакомству Долохова с одним из англичан, и Злата конечно же выразила желание пойти: такой случай пообщаться с "хозяевами" никак нельзя было упускать. Одно дело - увидеть знаменитую школу Островов со стороны официального приема делегации, занятий, на которых студенты Дурмстранга по желанию присутствовали, и разговоров с преподавателями, и совсем другое - узнать, как здесь живут на самом деле, не под бдительным оком наставников и смотрителя школы. Им конечно можно было его не опасаться, учеников Дурмстранга у него нет права наказывать, но на несоблюдение правил гостями он мог пожаловаться директору Диппету, а вот если тот расскажет их наставнику и попросит вразумить учеников... их может ждать что-то куда более интересное, чем банальные розги. В родной школе умели учить уважению и различению верного и неверного, стоит соблюдать осторожность.

Войдя Злата с улыбкой неглубоко, но уважительно поклонилась хозяевам гостиной и вечера и заняла место на диване, аккуратно расправив складки мантии и юбки. Гостиная "змеиного" факультета, которую она со сдержанным любопытством оглядела, стараясь не пялиться откровенно и не вертеть головой, как впервые попавшая в магическую школу грязнокровка, чем-то напоминала их собственную в Дурмстранге: сдержанная, но дорогая обстановка, мрачноватая, но оттого уютная, большой жаркий камин, рядом с которым можно наконец снять перчатки и расстегнуть теплую мантию, богатое праздничное угощение на столах конечно, к которому Долохов прибавил их гостинец. Компания собралась небольшая, дружеский круг, в котором почему-то не оказалось ни одной девушки, - местный обычай, британки развлекаются и празднуют отдельно, или при них парни стесняются и ведут себя как на торжественных приемах, а это мешает? Впрочем, может быть так даже лучше. Приметив, как слизеринец доливает один эликсир правды другим, и оценив размеры кубка, девушка рассмеялась, - о-о-о, panowie, так мы не доиграем до дна. - Нет, она не против, и понаблюдать за действием сочетания зелья и крепкого алкоголя будет интересно, и опробовать его - тоже, и в товарищах сомнений нет - они-то справятся, а вот как насчет британцев? Английскую речь Злата сносно понимала, где-то угадывая значение слов и фраз по контексту, но говорила плохо, с отчетливым польским акцентом, меняя ударения и вставляя вместо незнакомых ей слов польские или немецкие или объясняясь жестами, но это мало ее смущало, - единственный способ научиться языку - это говорить на нем, а где она не справится, там поможет Антонин или Янкл. - Нет-нет, не по ходу, нам нужны правила. Спрашивать вопрос, и потом выбирать, правда или дело, или выбирать, и потом спрашивать? Что можно спрашивать? Что можно говорить делать, что нельзя? У нас нельзя только что точно смерть, и говорить, что делать, надо - что только сейчас, не потом. - В Дурмстранге играли по-разному, правила каждый раз устанавливались, как компании казалось интереснее, и старшие курсы нередко развлекались довольно опасными заданиями и серьезными вопросами. И еще конечно не загадывали откровенно неприличного, по крайней мере в ее присутствии - ни разу, но это она не сочла уместным даже уточнять.
[NIC]Zlata Vishneveskaya[/NIC][AVA]http://sh.uploads.ru/i7HCq.jpg[/AVA]

upd

пост поправлен, исправила фактическую ошибку.

+7

7

Приглашение стало для Аластора неожиданностью и возможностью интересно провести время, чтобы голова окончательно не пошла кругом от приближавшихся СОВ — за полгода он решил выучить все, что по какой-то причине не выучил за пять лет. Пригласи его кто другой, он бы еще насторожился и заподозрил подвох, но Рику вполне можно было доверять. Так что к вечеру, отболтавшись от друзей походом в Больничное крыло (это же как человеку должно быть плохо, чтоб он добровольно туда пошел!), гриффиндорец устремился к условленной точке сбора.
..Как будто гнусный злодей не может быть гостеприимным, — вполголоса хмыкнул Аластор, проходя через раму портрета следом за Рикардом. Прозвучало это совершенно беззлобно, как, впрочем, и все, что Грюм имел сказать о Слизерине и слизеринцах. Он мог выдать неисчерпаемое количество подколов в их сторону, но при том хорошо ладил с тем же Риком и не обижался всерьез, если какие-нибудь шуточки отпускали в его сторону и сторону его факультета. Ну, если все это не переходило границы, разумеется, а то можно и по роже схлопотать, за ним не заржавеет. — Может, твое гнусное злодейство как раз в том, чтобы заманить нас в свое логово и замариновать в озерной водичке?
До сегодняшнего дня гриффиндорцу не больше пары раз доводилось побывать в слизеринской гостиной, да и то... Первый раз его сюда занесло вместе с Рикардом курсе на третьем, зачем — уже и не вспомнить, а второй он только потоптался на пороге, дожидаясь конспектов по истории магии. На человека, уже привыкшего обитать в высокой башне, комната производила несколько гнетущее впечатление, но Аластор сейчас не думал об этом, куда больше его занимала грядущая «Большая игра» и личности тех, кто был приглашен сыграть в нее.
Тут, конечно, и без меня хватает мнений, но я бы предложил сперва решать, правда или действие, а потом загадывать. После вопроса-то... каждый может решить, — Грюм ухмыляется и смолкает, парень с Рейвенкло толкает его в бок и делает большие глаза, пока хозяева гостиной твлекаются на расстановку многочисленных бутылок на столе. Грюм пожимает плечами и отворачивается. Раз уж откликнулся на приглашение и пришел играть со змеями, нет смысла ни бояться, ни торговаться, ни отступать. Когда они играли в эту игру у себя «дома», действием могла быть какая-нибудь глупость вроде «сходи к Филчу и попроси у него вернуть навозные бомбы» или «прокукарекай пять раз из окошка башни»... что-то ему подсказывало, что у слизееринцев безудержное веселье выглядит иначе. Или нет?
А так, леди дело говорит. Правда, я бы к смерти еще пожизненные увечья добавил. Ну, мало ли, может, кому мой глаз на память нужен, а мне он еще пригодится.
Правила, в принципе, можно было ограничивать до бесконечности, но Грюм надеялся на наличие мозга и чести у большинства собравшихся, и не слишком опасался чего-то не учесть. Тем более, от мыслей об игре его отвлекли гости из Дурмстранга — самим своим присутствием. Он мало пересекался с ними до этого, и теперь с осторожным любопытством наблюдал за теми, кто пришел в гостиную.

+8

8

[NIC]Abraxas Malfoy[/NIC][AVA]http://sf.uploads.ru/t/HUiI2.jpg[/AVA]Развлечения слизеринцев вообще и чистокровных слизеринцев в частности должны быть достойными и умеренными. Или такими, что бы о них никто не узнал. Именно это Абраксас впитал с молоком матери и наставлениями отца. И сам придерживался того же мнения. Однако, его собратья по социальному статусу оказались слишком подвержены влиянию грязнокровки и, кажется, стремились забыть все, чему их учили, стоило только Риддлу поднять глаза и заговорить своим наполняющим все пространство голосом. Нынешнему старосте хотелось верить, он вызывал желание идти за собой, и, так или иначе, умел склонить на свою сторону. Только по этому Малфой участвовал в сегодняшнем шоу, включающем развлечение, достойное грязнокровок, а то и вовсесквибов. Он верил, что этот парень пойдет далеко, не смотря на маггловские примеси. А школа, как говорил отец, лучшее место заводить полезные связи. Подружиться до того, как ученик станет кем-то значимым и вокруг станут виться толпы прихлебателей. Надо только рассмотреть. Абраксас считал, что смог рассмотреть, и при любом удобном случае выражал свое почтение и дружелюбие, примерно с того самого момента, как понял кто из троицы слизеринцев командует парадом и перед кем стоит распустить хвост.
К моменту прибытия основных действующих лиц, Малфой уже был в гостиной, помогая сдвинуть столы и устраиваясь на одном из диванов - достаточно небрежно, что бы было понятно, что он чувствует себя в своей тарелке, но достаточно сдержано, что бы намекнуть, что подобное развлечение его не более, чем немного заинтересовало. Достаточно далеко, что бы показать свою независимость - и достаточно близко к месту событий, что бы нельзя было заподозрить будто он забился в угол. На взгляд самого Малфоя - идеально.
А вот налитая в кубок жидкость не вызвала особого энтузиазма. "Водка. Как пошло и плебейски. Хотели напиться и разбавить зелье правды - взяли бы абсент. И красиво, и по-слизерински, и эффект намного приятней" Он вообще считал, что зеленый с серебром - отличное сочетание. Но те, кто тут собрался, явно плевать хотели на хорошие манеры, и приходилось соответствовать, бесстрастно и бесстрашно смотря на кубок, мысленно готовясь к предстоящему.
- Предлагаю в общем ограничить действия тем, что не выйдет за пределы этой ночи и этой гостиной. - Все же, действительно стоило ограничивать. - Так, оторванное что-либо и за пределами останется оторванным. Значит, попадет под это ограничение.
А так же не будет глупых шуток с выливанием на себя краски, или еще каких-либо подобных вещей. Если уж позориться, то хоть не перед всей школой.

+8

9

Леди полагается опаздывать – эту маленькую неписанную истину в головку Люси вложили, кажется еще с пеленок. Родители не допускали лишь опозданий дочери к урокам, в остальном лишь приветствуя задержки девочки к общему столу или на семейные или светские мероприятия. То, за что ее брату Генри могли высказать неодобрение, вызывало у матери мягкую улыбку. Опоздание – но не более чем до пятнадцати минут – давало прекрасную возможность леди заявить о себе и выделиться на фоне остальных особ, привлекая внимание к своему появлению. Что особенно важно для незамужней особы, которую нужно выгодно выдать замуж. И пусть факультетская гостиная это не светский вечер, а куда более неформальное и можно даже сказать... интимное мероприятие – учитывая особенности запланированного досуга – Люси не изменяла этому правилу.  И появилась как раз вовремя, чтобы услышать условия игры, которые будут действовать в эту ночь.
- Добрый вечер, - поприветствовала собравшихся мисс Паркинсон, - Прошу прощения за опоздание. Но, кажется, я не пропустила ничего интересного.
Основные действующие лица уже расположились в гостиной. Еще один аргумент за то, чтобы задержаться – всегда приятно посмотреть какие альянсы образовали собравшиеся. Кого инициаторы этого вечера предпочитают держать поближе, кто сторонится эпицентра событий, а кто держится особняком. Но они ведь не на официальном приеме, в самом то деле!.. И вольготные позы некоторых гостей лишь приятное тому подтверждения.
- Благодарю за приглашение, Риддл. – она улыбнулась инициатору этого сабантуя, опускаясь на диван рядом с Абраксасом.
Малфой занял удивительно удобную позицию, не такую популярную лишь потому, что она была на неком иллюзорном расстоянии от стола, напитков и главного действа. Но ведь никому из собравшихся его все равно не избежать. Более того, они с удовольствием сами решили пощекотать себе нервы. ​​
[AVA]http://sa.uploads.ru/7khBw.jpg[/AVA][NIC]Lucy Parkinson[/NIC][STA]primus inter pares[/STA][SGN]Pro aris et focis certamen.[/SGN]

Отредактировано Lily Evans (2017-06-07 15:08:33)

+5

10

[NIC]Alan Edgecombe[/NIC] [AVA]http://static.diary.ru/userdir/8/3/0/3/83032/85056257.jpg[/AVA]
Алан весьма заинтересовался приглашением на вечер в слизеринской гостиной, даже не прочь был пожертвовать временем, на которое у него было запланировано структурирование своих записей по эксперименту. Побывать в гостях у зеленого факультета стоило того, чтобы поменять свои планы.
Гостиная их производила впечатление: мрачноватый антураж, загадочный полумрак, сочетание зловещего и уютного. Да, что-то такое Эджкомб и предполагал увидеть у змей, правда, не ожидал, что все будет настолько выверено и идеально попадать в образ, сложившийся в его голове. Хотя, не исключено, что к приходу гостей готовились и все лишнее из обстановки гостиной убрали. Вряд ли в обычные дни также нигде не валяются книги, конспекты, журналы. И наверняка обычно младшие не так рано расходятся по спальням.
Алан устроился так, чтобы вроде и быть недалеко от центра, но в то же время наблюдать за всеми: люди и их поведение - вот главная страсть его исследований, самый заманчивый материал для экспериментов. И никак нельзя было не прийти посмотреть на змей в их естественной среде обитания. А то, что еще и гости из Дурмстранга здесь, делало эту встречу невероятно ценной в глазах рейвенкловца.
Игра... игра была идеальна! Слушая ее правила и их вариации Алан внутренне млел и просчитывал, сколько же интересного материала сможет собрать за сегодня - жаль, записывать не выйдет, не прилично. У них на факультете, несомненно, было нечто подобное. Впрочем, рейвенкловскую игру можно было скорее назвать "правда или ложь, а потом все равно правда", да и веритасерум они не использовали - у них интерес был в другом. Надо было понять, солгал ли студент в ответе на вопрос и в чем. Все равно потом он отвечал на него правдиво - это было делом чести и честной игры, так что и без веритасерума никто не пытался жульничать и врать. Так что Эджкомбу было занятно попробовать слизеринскую игру, возможно, он потом предложит на факультете и этот вариант.
В какой-то момент обсуждения правил, Алан толкнул Грюма в бок и сделал выразительные глаза - ему было бы гораздо интереснее, если бы правила игры не искажались гриффиндорским мнением. Он уже решил, что сегодня будет изучать Дурмстранг и Слизерин. И как же приятно, что хотя бы по одной даме было с каждой стороны.
Алан мило улыбался девушкам, посматривал из-за очков на окружающих и ждал начала действа.

Отредактировано Rabastan Lestrange (2017-06-07 19:12:36)

+7

11

Мальчишеские развлечения в гостиной всегда такие скучные, что просто невозможно смотреть. И было бы из-за чего такой шум разводить! Протаскивают алкоголь мимо завхоза и преподавателей, меряются, кто умнее и сильнее. И все, все заглядывают в рот другу ее братца, Риддлу. Поганой полукровке. И еще не ясно, полукровке ли, может, кровь у него самая обычная, маггловская, солгать то все что угодно можно, а лжет Риддл так, что ему все верят.
Друэлла злится. Она намеревалась быть любимицей декана Слагхорна, даже была этой самой любимицей, только вот стоило Риддлу просунуть свою грязнокровную голову, как профессор сразу сдулся, словно шарик, и теперь от него только и слышно, какой староста факультета талантливый, умный мальчик. И было бы из-за чего. И все вокруг него толпятся, все мальчишки чуть ли не в рот заглядывают, даже брат. Хорошо хоть, девочки умнее и во все эти разборки не лезут, им на Риддла плевать. Ну, или ей хочется думать, что плевать. В конце концов, она вроде как претендует на то, чтобы хотя бы среди девочек считаться самой умудренной опытом чистокровной леди. Не мелкой же Лестрейндж с ней состязаться, та и в половину не так красива. И уж точно не простушке Паркинсон, которая может и думает о себе много, но на самом деле - пшик.
Друэлла устраивается на диване в тщательно подобранной позе вольготной, полной королевской грации, кошки - изящно соединив ноги в тончайших чулках, поставив новенькие туфли так, чтобы всем было видно - Розье не побираются, Розье позволяют себе самое лучшее, и изящно сложив руки на коленях. И пусть кто-то только попробует сказать, что Ровена или Люси красивее ее.
- У нашего старосты традиция звать в гостиную исключительно трусов. Мы еще играть не начали, а уже со всех сторон доносится плач, что кто-то может пострадать или пораниться. Может, всем кто боится, стоит вообще покинуть нашу гостиную?
[NIC]Druella Rosier[/NIC][AVA]http://s1.uploads.ru/2xOhM.jpg[/AVA][STA]Fleur odorante du rosier.[/STA]

Отредактировано Bellatrix Lestrange (2017-06-12 16:03:24)

+8

12

– Ни один трус и мысли не допустит, чтобы спуститься в подземелья Слизерина, – раздался негромкий голос Ровены, только-только присоединившейся к ним. – Уже не говоря о том, чтобы переступить порог гостиной нашего факультета, прекрасно понимая, что его может ожидать. – Это был факт, который знали все студенты Хогвартса без исключения.
Она задержалась вне подземелий дольше, чем планировала. И едва не опоздала. Но, и раньше не появилась, дабы ненароком не отправили в спальню, как какую-то первокурсницу. И не ошиблась, намереваясь избежать очередного скучного и нудного вечера. И, судя по собравшейся компании, он обещал быть весьма интересным.
Она бегло обвела взглядом присутствующих, чуть дольше задерживаясь на незнакомых ранее лицах. 
– И уж тем более те, кто не единожды был тут, – добавила Лестрейндж, пересекшись взглядом со студентом факультета Гриффиндор, фамилия которого была довольно проста, а потому запомнилась легко: Грюм. Именно этого юношу видела Ровена несколько раз в гостиной своего факультета. Если быть точнее – в компании брата. И чуть дольше задержался на Друэлле, вольготно расположившейся на диване. И девушку едва не передернуло, отчего она наигранно подняла глаза к верху. Лестрейндж хватало всего этого дома. И лишь в стенах Хогвартса она могла более-менее отдохнуть от подобного. Только, видимо, не всем это нужно. К чему эти формальности? К чему это все было, Ровена, конечно же знала. И краешки губ ее приподнялись, выражая едва заметную усмешку.
Без лишних, по правде говоря, никому не нужных здесь расшаркиваний, подавила желание присесть в реверансе перед незнакомыми ей студентами, тем самым передразнивая Розье. Но девушка просто прошла вперед, будто ни в чем не бывало, не намереваясь больше задерживать игру.  И лишь в глазах ее плясали чертенята, раскрывая настрой слизеринки. Она обошла диван со спинки, легко проведя ладонью по мягкой ткани. И, взяв на ходу несколько кусочков мармелада, отправила один из них в рот. Второй – придерживала кончиками пальцев. И аккуратно присела на подлокотник с той стороны дивана, где ранее разместился ее старший брат, тем самым разбавляя скудную женскую компанию. Тепло, исходящее от огня в камине, приятно согревало. А вишневый аромат, исходящий от поленьев, медленно наполнял гостиную, делая ее еще уютнее. Ровена пропустила почти все правила игры, услышав лишь конец. Но, надеялась, что по ходу игры поймет. На крайний случай, всегда можно побеспокоить брата или кого-то из его друзей.
– Чего все ждут? – ее тонкие брови чуть приподнялись, выражая удивление от того, что столь заманчивая игра до сих пор не начата.

*отношения между Друэллой и Ровеной согласованы
[NIC]Rowena Lestrange[/NIC]
[AVA]http://s1.uploads.ru/p78xn.png[/AVA]

Отредактировано Rowena Mulciber (2017-06-13 16:32:36)

+6

13

Господа участники, чтобы не растягивать отыгрыш на бесконечно и все успели ощутить себя в интересном положении, на первый круг игры мы вводим следующее правило.
   Мистер Том Риддл предоставит вам шляпу из которой вы будете тянуть бумажки с именем вашей жертвы. На первый круг вашей жертвой будет тот, кто ходит перед вами (Далее мастер раскидает вам жертв кубиками рандома). Так же каждый в своем посте должен обозначить правду или действие он будет исполнять.
Пример: 1. в ходит Том Риддл - он выбирает П или Д и тянет бумажку,
2.  ходит Рикард, выбирает Правду или Действие, тянет бумажку, на ней имя Риддла, так как Риддл уже выбрал - ему можно задать вопрос или выдать фант на действие.
3. Ходит Эдвард, выбирает П или Д, тянет бумажку, на ней имя Рикарда - и ему тоже можно исходя из того, что Рик выбрал в прошлом ходе задать вопрос или выдать фант.

очередность: Том - Рикард - Эдвард - Антонин - Злата (Эшглинг) - Аластор - Абраксас - Люси (Лили) - Алан (Баст) - Друэлла (Белла) - Ровена - Макс.

+3

14

Рассадка

http://s8.uploads.ru/WIMi3.jpg
Прим.: чукча не художник, чукча оппозиционер, так что все претензии по выполнению - мимо, а по рассадке - в личку.

Том спокойно обводит гостей взглядом - в гостиную сегодня набралось немало желающих и приглашенных, так что есть об кого этим взглядом споткнуться. Здесь не только слизеринцы, но и гости с других факультетов - пожалуй, только Хаффлпафф их не почтил своим визитом и то потому, что у барсуков никого достойного внимания не нашлось. Аластор - это их общий выбор с Рикардом, гриффиндорец хорош, интересен и к нему надо присмотреться, жаль, что подружиться у них никак не выходит - слишком острые углы. Рейвенкловец, которого он привел... Ну, это уже куда интереснее, надо присмотреться, если они с Грюмом друзья, может оказаться интересным кадром. Дурмстрангцы... Признаться, из всех дурмстрангцев его интересует только тот, который Антонин Долохов - крепкий, высокий и сильный молодой маг с цепким и внимательным взглядом. На конференции они пересеклись поверхностно, но приглашение Том выдал экспромтом и сразу, собственно, даже не сильно раздумывая над тем, стоит или не стоит. Определенно стоило.
Остальные же... Остальные свои, а об своих Тому иногда нравится подобным образом развлекаться.
Он молчит, с чуть заметной, ироничной усмешкой выслушивая все предложения, потом чуть склоняет голову, показывая, что всех услышал и все принял к сведению. Усмешка всего на миг змеится по губам, а потом Том снова становится серьезен.
- Как правильно высказалась наша драгоценная Ровена, трусов в подземелья Слизерина не пускают. Если же вдруг по оплошности кто-то из них оказался здесь, то все мы... - Он изящным жестом обводит собрание, - закроем глаза и позволим ситуации разрешиться самостоятельно. Разумеется, тот, кто уйдет, никоим образом не будет задет в последствии, все мы имеем право на небольшие слабости, поэтому осуждения можно не бояться. Все, что будет проиходить в этой гостиной, останется в этой гостиной... навсегда.
И вот эти слова уже звучат чуть тяжелее. Не важно, кто сегодня в гостиной Слизерина лишится или не лишится глаза, или любой другой конечности - если хвосты приведут сюда... Что ж, потеря любой части тела сразу же станет меньшим из зол для того, кто всех заинтересованных сюда направит. Это все должны понимать.
- Я ставлю запрет на то, что может привести к смерти с высокой вероятностью. Нельзя приказать кого-то убить. Нельзя приказать прямо причинить себе вред, способный привести к смерти. А остальное... на ваш откуп, господа... и дамы. До того, как сказать "правда" или "действие" в первый раз, вы можете подняться и покинуть нашу гостиную и поутру никто не поставим вам это в укор. Все, что произойдет сегодня в стенах этой гостиной, останется в стенах этой гостиной, но я не буду запрещать загадывать действия, которые выведут участников за ее пределы. Однако, все вы понимаете, что в таком случае обязанность держать происходящее в тайне ложится на каждого из нас.
Том улыбается чуть заметно. Окидывает всех взглядом и движением палочки приманивает к себе шляпу, весьма условно похожую на Распределяющую. А потом, еще несколькими движениями палочки, беззвучно шевеля губами, он дополняет лежащие там клочки пергамента именами.
- Вы вытягиваете имя того, кому вы загадаете правду или действие. Но выбирать, что именно вы будете делать, надо до того, как вопрос или требование будет задано. Таким образом...
Том тянет бумажку, но, до поры, кладет ее перед собой на стол, не разворачивая.
- Как организатор сегодняшней встречи, я закрою первый круг. Так что...
Он передает шляпу в сторону, Лестрейнджу.
Когда Рикард вытаскивает бумажку с его именем, Том даже не удивляется. Если бы он хотел мухлевать в этой игре, и то не вышло бы лучше. Хотя, конечно, жаль, ничего сильно страшного Рик не загадает.
- Действие, - спокойно произносит Том и смотрит  глаза в глаза.

+8

15

[AVA]http://s0.uploads.ru/DcK0Y.gif[/AVA]    Рикард косится на Аластора – о, он полностью согласен, злодеи бывают крайне радушными. Весьма не долго.
Как ты догадался, что маринованные гриффиндорцы наше любимое блюдо, – беззлобно ворчит он. Это почти традиция: перешучиваться с Грюмом на тему красных героев и зеленых злодеев.
   Тем временем гостиная наполняется людьми. И Дурмстрангцы поднимают тему правил, Рикарду стоит усилия сохранять внимательное выражение лица: очень уж забавно звучит их речь. Зато дает себе волю на словах Грюма:
О Мерлин великий, Аластор, как же я жить-то буду без твоего глаза в шкатулке, – Рикард театрально всплескивает руками, – Горе мне и печаль, – он откусывает лягушке еще две лапки, и потом съедает ее целиком, – Но в общем и целом, все всё поняли. Никакого членовредительства.
   Рейвенкло рядом с Грюмом молчит, чем вызывает живейший интерес Лестрейнджа: надо же самый умный факультет и без лекции на полчаса. Он уже собирается спросить его мнения, и хотя бы услышать голос, но тут появляется сестрица Розье Друэлла, и Рикард расплывается в приторно ласковой улыбке. Какое все-таки счастье, что родители предпочли этому семейству Лавинию. А то вся гостиная делала бы ставки кто кого загрызет в медовый месяц – он – Дру или она – его. Рикард, и так думал, о том, чтобы изящно перегрызть ей хребет, и только ее родство с другом мешало. Впрочем, дамы справлялись и без него. Кроме того, появилась Ровена – отрада души и сердца Рикарда – и ловко ответила Дру, присаживаясь рядом с братом.
Я тебя ждал... – одними губами и едва слышно прошептал Лестрейндж, ловя пальцы младшей сестры и нежно целуя их.
    Тем временем Том ставит точку на правилах и протягивает ему шляпу. Рикард не глядя запускает в нее руку, и берет первую попавшуюся бумажку.
   «Том Риддл» – гласит ровный ряд букв. «Действие» – гладя ему в глаза изрекает староста. Рикард вздыхает и передает шляпу дальше, через Тома – своему крестному брату Эдварду.
А у меня будет правда, - улыбается он, – и раз уж я могу загадывать, то... – он выдерживает паузу, хотя свой первый вопрос и первое действие придумал уже давно, и не собирает изменять себе, не смотря на выпавшее ему имя, – Проверим театральные таланты нашего старосты, и посмотрим на профессора Трансфигурации Альбуса Дамблдора в его исполнении. Без членовредительства, как все и хотели.
   Другое имя он бы загадал, выпади ему кто-то из дурмстрангцев: как они изобразят собственного директора.

+8

16

[AVA]http://cdn1.savepice.ru/uploads/2017/6/14/3b7d0591b7aa3c54f60d190dfe2f9595-full.jpg[/AVA]Эдвард закатывает глаза, слушая как все сразу же начинают беспокоиться за собственную безопасность. Вот казалось бы, единственные, кому стоит беспокоиться – это, пожалуй, милые дамы. Потому как милые дамы могут стать фигурантками действий, которые будут включать в себя нечто менее приличное, чем просто обмахивание веером. Впрочем, что ни говори, но будет весело.
Конечно же, все ужасно боятся, что они будут загадывать, что-нибудь, действительно способное навредить, какие-нибудь глаза в шкатулках, как говорит Рикард.
- Ну, Аластор, я бы отпилил от тебя ногу, - вставляет Эд, а потом фыркает, когда переругиваются дамы. Друэлла невыносимо прекрасна – и также невыносимо. Кажется, терпеть ее способен исключительно родной братец, да и то – Лео порой искренне жаль, когда дорогая сестрица пускается отчитывать его за что угодно, что взбредет в ее хорошенькую голову. Нет, конечно, Дру – это худший кошмар того, кто решит породниться с Розье. Быть может, эта милая дама останется в девах? Ровене Эд только коротко кивает. Друэллу, несмотря на ее характер, он бы позвал еще куда-нибудь, Паркинсон… пожалуй, нет, она слишком скучная. Хотя симпатичная, этого не отнять. Жаль, нет Вальбурги – вот уж кто может развлечь компанию пикировкой с кем угодно и по какому угодно поводу. Впрочем, может быть Вэл еще подойдет. Девочка среди крепких парней из Дурмстранга смотрится интересно, она симпатичная – правда, скорее всего, к ней будет приставать Макс.
Но ладно, сидят они, если честно, довольно стратегически. Том, быть может, мухлюет, он это умеет. И когда Рикард вытаскивает его имя, то Эдвард более чем уверен, что именно так и есть, их староста очень ловко выбрал Лестрейнджа… Правда, когда он слышит озвученное действие, то ему сложно сдержать усмешку. Ну, что ни говори, это будет весело.
О нелюбви Риддла к Дамблдора по факультету, конечно, стараниями Эда легенд никаких не ходит, только не заметить, что их профессор Трансфигурации – это единственный, кто Риддла на руках не носит – не нужно быть семи пядей во лбу. При этом нельзя сказать, что у Тома с Трансфигурацией плохо – да нет, он как обычно молодец, у него они всей компанией просят совета, если что-то не могут, да и вообще, Риддл – ходячая энциклопедия. Другой вопрос, что на занятиях он сидит тише воды ниже травы, да и если они пытаются проявить инициативу – в глазах Риддла «выслужиться» - то удостаиваются крайнего неодобрения. В общем, тут фраза Рика «без членовредительства» не так уж и однозначна, как кажется на первый взгляд. Впрочем, а что делать. Том, пусть и стал в этом году совершенно неприлично серьезен, все равно может быть довольно веселым. Сейчас как раз такой момент, момент для веселья.
Эдвард запускает руку в шляпу и передает ее дальше, оставляя в руке кусочек пергамента. Он пока его не разворачивает и говорит сразу:
- Что ж, последую примеру товарища и поведаю окружающим правду, запьянею и буду приставать к прекрасным дамам. То есть, да, мой выбор – правда, - Эдвард разворачивает бумажку и даже бровью не ведет, когда достает имя Рикарда. – Ну, дорогой товарищ, вот тебе и возмездие за выбор, - фыркает он. – Пей, - кивает он на кубок. И некоторое время думает о вопросе. На самом деле, нет вещей, которые ему интересны, и он не знает о своем друге. Конечно, можно спросить что-то вроде «какую бы ты девочку из присутствующих», но этот вопрос будет сродни яблоку раздора. - И вот мой вопрос: с какой игрушкой ты спал в детстве? – Эдвард улыбается. Спрашивать что-то действительно интересное пока рано, а вопросы вроде «девственник ли ты», «как ощущения от первого поцелуя» и все прочее, что может подогреть атмосферу… Ну, это пока рановато. Девочкам все равно вопросы задавать куда интереснее.

Отредактировано Edward Mulciber (2017-07-02 23:16:40)

+9

17

[AVA]http://se.uploads.ru/t/vGLYT.jpg[/AVA]

О, если бы Тони знал, что уточнений будет столько - он бы не спрашивал сам и Янклу бы не дал: когда в товарищах согласья нет... всю ночь проведёшь за обсуждением правил. И девочки, эти их девочки...
Антонину по душе была Злата, насколько вообще может быть по душе девушка при наличии обязательств перед своей невестой: панна Вишневеская была достаточно умна, достаточно привлекательна и достаточно задумчива для того, чтобы с нею можно было дружить, не сильно задумываясь о том, дружат ли с  тобою в ответ. А еще на взгляд Тони она давала сто очков вперёд почти всем местным барышням и части джентльменов. По крайней мере вот тому блондинистому, в локонах двухсотлетней давности, скорчившему такое лицо и при этом в лице же не изменившемуся - точно. Экий обстоятельный юноша, - мол оторванное и останется оторванным за пределами гостиной... какой осторожный.
Антонин всё же не сдерживается и ему отвечает:
- Ты предложи ещё после конца игры наложить на всех обливиэйт, а то мы же и память об игре тоже за пределы гостиной вынесем - она тоже под твоё ограничение подпадает...
"Трус" - решает для себя Долохов, - "трус или резонёр... Молчалин голубых кровей"
Его скорее интересует молчаливый мальчишка в синей мантии, это, кажется, Вороны и другой, от которого в шутливой перепалке уже отковыряли глаз и отпилили ногу. "Смелый. Или дурной и не знает, чем чреваты такие шутки - слова, это наполовину заклинания... особенно если часто повторяются"...
Девочки, участвующие в игре ему не нравятся - они все опоздали, будто на званый вечер и все (по понятиям Долохова и привычного ему общества) дурно воспитаны.. Гордыня. Нетерпение. И это довольно склочное настроение, проявившееся между двумя почти сразу - этому не место на игре, если желать получить от неё удовольствие. Разве что первая, но пришедшая первой девочка пока старательно была... никакой.
Впрочем, джентльмены факультета явно были с этим казусом "дам" знакомы и вот тут работали сплочённой командой, словно прайд сытых львов вокруг стада волооких газелей или словно хорошие пастушечьи собаки, собирающие своих овец в компактное стадо.
Грамотно.
Первые несколько кругов Антонин смотрит с интересом - пока что и вопросы и задания какие-то слишком простые... на вид, а на самом деле, похоже, уже заставляют громыхать костьми те шкафы, в которых у англичан, говорят, содержатся фамильные секреты.
- А я выберу челлендж...
Долохов дотягивается до шляпы, прока юноша, - этого он знает, его зовут королевским именем Эдуард, задаёт вопрос. Он уже не удивляется вытянутой бумажке - наверняка это заклятье, наложенное на шляпу - равные шансы, или просто заклятие цикла - не столь важно, куда интереснее разбить это аккуратное "я спрошу тебя попроще" общество. Он, конечно, не знает о том, какие у этого рыжего англичанина в шкафу скелеты, но можно спросить универсальное:
- И до чего самого смелого доходили твои приставания по пьяни?

Отредактировано Antonin Yu. Dolohov (2017-07-08 11:19:29)

+8

18

Длинный учебный день оставляет в теле семнадцатилетней мисс Блэк бессильно-сладкую истому и странную лёгкость, строгие очертания хогвартских интерьеров делает мягче и ненадолго гасит вспышки в нервах. Да, не надолго. Вальбурга заканчивает свой ночной обход и думает о том, до чего в сумасшествии последней недели не доходили мысли.
Думает, что на своем выпускном году в Хогвартсе ей даже понравился старостат. Наверняка, это произошло по одной простой причине - Паркинсон окончил школу в прошлым летом, и та наконец-то вздохнула с облегчением. По крайней мере, дамская её половина. По крайней мере, можно было уже не опасаться внезапно ожившей юбки, не стабилизировать подол долговременными чарами каждое дракклово утро. К слову, очень утомляет. С новым старостой было как-то проще. Умный, вежливый и внимательный Риддл быстро сообразил, как служить на этом посту с максимальной эффективностью и галантно взобрал на свои мужественные плечи львиную, - ах, нет, змеиную, -  долю обязанностей.
“Да ты просто любишь все контролировать”, - любила повторять мисс Блэк, даже не подозревая, насколько близко она подбирается к секрету характера мальчика-загадки.
Сейчас Вальбурге очень хочется застать изумрудную гостиную такой, какой она оставляла вечером, когда разгоняла факультет по кроватям - в затопленном с вечера камине догорал огонь, тлели угли, горел апельсиновым светом торшер под зеленым абажуром. И никого. Трудно придумать идиллию стройней. Мягкие мокасины из драконьей кожи заглушили звук шагов и позволили тихо войти в помещение. В котором изумрудному взору слизеринки представляется картина, которую она ну совершенно не ожидала увидеть.
Ракурс выдался отменным: диван и спины детин, - оу, простите, достопочтенных гостей, - из Дурмштранга закрывали зеленеющие мантии тех, кто нарывался на взыскание и минус минимум пять баллов со Слизерина. Да, подло, но на то у меня и значок! Акцентом картины была возвышающаяся на подлокотнике дивана мисс Ровена Лестрейндж. Нашла-таки применение талантам? Браво! 
И лёгкий акцент…
- И до чего самого смелого доходили твои приставания по пьяни?
Это же адресовано Ровене, не иначе!
Чтобы увидеть истинного виновника торжества, надо было сделать пару шагов вправо, но ноги мисс Блэк будто бы сами приросли к полу заклятием Вечного Приклеивания, тем самым провоцируя безумное желание применить один из своих талантов - мастерски закрывать ещё не начавшиеся вечеринки и едва ли не поганой метлой разгонять всех по кроватям.
- Так-так... – и вот оно. Медленное начало быстрой расправы.
К слову, мисс Блэк тоже получила приглашение, однако за суматохой праздника и безумной горой дел, семикурсница совершенно забыла о намечающемся событии. Послание было доставлено весьма оригинальным способом, Том такие любил: овсяные хлопья за завтраком самостоятельно сложились в нехитрую надпись, которая после прочтения сама же и залилась молоком. И потом как в пропасть упала. Что бишь там было написано? 
Ситуацию скрашивали-сдерживали заграничные гости, ибо если бы не они, мисс Блэк без прелюдии бы сорвалась на афоризмы факультетского словаря имени себя любимой, что негласно ходил между старостами-девушками, чтобы те на наглядном пособии могли учиться унижать и властвовать.
- Что здесь происходит?! - ноги все же сделали пару шагов и снова остановились, когда зеленые глаза споткнулись о гриффиндорца Львиное Сердце. Этого еще тут не хватало. - Почему не в постели?! 
Ах, мисс Блэк. Кто сделал вас старостой, видимо, никогда не был студентом, потому что вы - сущее наказание.
- Оу... - и тут взгляд перешел от периферии к центру. Увидела. Поняла. - Они все с тобой, Том?
Инквизитор школьных правил с туго перетянутой талией, чистое пламя родового безумия под жесткой оболочкой фамильных устоев, едва заметно усмехается своему конфузу, но тоном дает понять, что не настроена на объяснения. Ни-на-какие. – Pardon!
Развлекайся, бомонд, через полгода у тебя СОВы. Взгляд скользит по столу – не слабо проставились. Но как-то… неинтересно. Не интересно, слышишь, Абраксакс! Мисс Блэк хмыкает чему-то своему и невозмутимо разворачивается в направлении лестницы в спальню девочек. Медленно поднимается на пару ступенек, но вдруг оборачивается через плечо.
- Под твою ответственность, Том. - и продолжает свой путь.
[AVA]http://s9.uploads.ru/w1W3d.png[/AVA]

Отредактировано Walburga Black (2017-09-04 20:19:37)

+11

19

Предложив обсуждение правил, Злата не ожидала, что оно затянется, и была признательна старосте "змей" и хозяину вечера за то, что тот подвел итог и начал игру. Зато общество стало интереснее: успели подтянуться девушки, видимо следовавшие довольно глупому, но почему-то все равно очень живучему правилу "всякая уважающая себя дама должна опаздывать". Англичане много говорили, и говорили не очень понятно, но дергать Янкла или Антонина, чтобы ей переводили каждое незнакомое слово, - только раздражать и отвлекать парней, вместо этого она старалась сама догадаться, о чем идет разговор, по интонациям, мимике и движениям оценить характеры, отношения, расклад сил в компании... Эдвард и Рикард, - близкие друзья Тома, и, кажется, дружны с парнем с Гриффиндора: с чужими про отпиленные ноги так легко не шутят. А вот севший подальше от однокурсников исключительно аристократического вида блондин и темненькая девушка рядом с ним к верховодящей здесь группе не очень близки, как и парень из "орлов", тот скорее всего вообще новичок, только молчит и внимательно наблюдает. Ему Злата располагающе улыбнулась, потянувшись за бокалом тыквенного сока, - ей еще пить из кубка сегодня, а тот напиток лучше даже с наливкой не смешивать, не говоря уже о странном английском пиве со сливочным привкусом.
Явление слизеринки с золотым значком портит атмосферу начавшейся игры, оставляет неприятный осадок, и панна Вишневецкая, сама из "золотых разговоров", лучших учеников Дурмстранга, сводит брови и щурясь высматривает имя нахалки на этом самом значке. Да, ты лучшая, леди, у тебя есть право указывать другим ученикам, но вот приглашенных гостей отчитывать как малолеток - права нет, а в Хогвартсе похоже не учат различать, когда стоит пользоваться привилегиями, а когда язык лучше бы и придержать и не козырять ими. - Чтоб тебе до полудня говорить да через слово заикаться, Вальбурга Блэк, кошка ты плешивая, коза косоглазая, - вполголоса, так что только свои и услышат, на польском произносит Злата, пряча движение губ за поднесенным ближе бокалом и глядя на не в меру и не к месту заносчивую старосту "змей". Ей, внучке Фламеники Вийтович, в тридцать лет только для колдовства нарушавшей молчание, чтобы никому не повредить случайной фразой, уже хватает силы глазить так, чтобы жертва не слышала и не поняла слов, достаточно и того, что они произнесены вслух, пока ведьма жертву видит. Да, в гостях так делать невежливо, но спускать этой гордячке даже мелкую обиду Вишневецкая не собирается просто так. И скинув раздражение улыбается как ни в чем ни бывало и тянется за шляпой. Ее жребий выпал на Антонина, и Злата непонимающе нахмурилась очередному непонятному слову. "Челлендж", Янкл, что это значит? Товарищ охотно поясняет, даже в нескольких вариантах перевода, и она лукаво смотрит на Долохова, - соревнование? Ты хочешь соревнование? Ну хорошо... - Что бы выбрать? Столкнуть его с Томом было бы интересно, но пока, пожалуй, не стоит. С Рикардом, загадав, например, поухаживать за девушкой, которая так открыто к слизеринцу подсела, словно они или родственники, или нареченные? Можно, но это скучно - "правда или вызов" и так очень часто скатывается в ухаживания и шуточки и вопросы на эту тему. - Вызови на соревнование в магии, - девушка оглядывает собравшихся, примеряясь к лучшей жертве, кого бы испытать против Антонина. Парня, разумеется, той блондинке, что назвала их трусами, она сама при первом удачном случае покажет разницу между трусостью и определением границ, но и среди парней выбор велик, и каждое состязание может быть интересно. Можно гриффиндорца, он должен быть хорош, можно того "змея", который пришел позже всех, но интереснее всего - того, который отсел к камину, который так осторожно и витиевато выразился, когда обсуждали правила. - Вот его, - узкая кисть указывает на Абраксаса. - Не сражение, маленькое испытание в чарах, - уточнила на случай, если ее английский не все поймут правильно.
А когда гриффиндорец вытянул из шляпы ее имя, Злата, кивнув, взяла со стола кубок с зельем, - я буду говорить правду.
[NIC]Zlata Vishneveskaya[/NIC][AVA]http://sh.uploads.ru/i7HCq.jpg[/AVA]

+9

20

Появляются девочки, одна за одной, так слаженно, как будто кто-то за дверями гостиной дает звонки: твой выход, а теперь твой, а теперь третья пошла. Змеи совсем не похожи на гриффиндорок. Грюм уже привык, что со своими можно и в плюй-камни порезаться, и штуковинами из Зонко обменяться, и в квиддич погонять, и в Чарах вместе поупражняться, друг на друге. Нет, конечно, и у них не каждой дашь почетное звание «своя в доску», но зде-есь... Их прям хоть сейчас в какое-нибудь высшее общество, плести интриги и подсыпать яд. Интересно, им самим так не скучно? Не противно? Самих от себя не воротит? Ядом так и брызжут ведь.
Единственным приятным исключением является сестра Рика. Как только Ровена появляется в гостиной, голова Аластора как-то сама собой поворачивается в ее сторону, и они встречаются взглядами. Ее взгляд его приободряет, заставляет распрямить плечи и пропустить мимо ушей все обвинения в трусости. Вот сейчас пойдет игра, и еще посмотрим, кто здесь трус!
Ну, все, все, разобрали на сувениры, коллекционеры проклятые, дайте-ка я для вас еще и печенку заспиртую, — он тянется за кружкой, и наливает туда сливочного пива. Сегодня тут потрясающее разнообразие всевозможных напитков, и хочется попробовать всего, но если с чего и начинать, то с проверенного и вкусного. Правый глаз так и косит в сторону Лестрейнджей, и ему стоит большого труда сделать вид, что вообще-то все его внимание сосредоточено на словах слизеринского старосты.
Том на удивление ловко сформулировал весь их галдеж в несколько емких фраз. Вот уж в чем, а в красноречии Риддл силен, этого у них не отнять. Интересно было бы встретиться с ним один на один в каком-нибудь поединке — хоть на Заклинаниях, хоть в Дуэльном клубе, хоть в темном коридоре. Как-нибудь надо будет это устроить.
...Игра началась. Все остальное сразу отошло на второй план. Откровенно говоря, Грюм ожидал, что хозяева вечера рванут с места в карьер и начнут с заковыристых вопросов, но, с другой стороны... Зачем бы им представать перед гостями не в лучшем свете, верно? Очень своевременно ему пришла в голову мысль, что игра тут идет не вполне на равных, и свой своего всегда прикроет. Ну и ладно.
Буквально за пару минут до того, как шляпа должна была оказаться у него в руках, Аластор несколько растерялся, сокрушенный явлением мисс Блэк. Да уж... Куда там Риддлу до этой, серьезно. Но через пару лет должны сравняться. Жалко, что на это уже никому не посмотреть, Вальбурге до выпуска осталось всего ничего. Конечно, виду он не подал, спрятав половину лица за своей кружкой, а потом гроза прошла стороной.
Вот мне интересно, — пока Злата делала глоток из кубка, гриффиндорец размышлял, что бы такого у нее спросить. Он совсем не знал гостей из Дурмстранга, а что можно спросить у незнакомого человека, еще и иностранца? Конечно же... — Чем тебе не понравился Хогварс? А  выбираю действие... для начала.

+7

21

[AVA]http://sh.uploads.ru/t/NBEjp.jpg[/AVA]Народу прибывало, Абраксас приветливо кивнул опустившейся рядом Люси. Интересно, насколько в таком обществе неуютно неотесанным дурмстрангцам, у которых даже девушка выглядела не как положено хрупкому созданию, а как тот, кто не раз набивал шишки и не чурается грязной работы. Но это, пожалуй, не его, Малфоя, дело. Хотят сидеть - пусть сидят.
Только пришлось немного наклонить голову, показывая, что он согласен с установленным правилом старосты мальчиков. И восхищенным взглядом проводить старосту девочек - Блэк не могла не вызывать восхищения. Ненависть, не любовь, желание свернуть шею, что бы была передышка от строгих правил, но... ничего, кроме восхищения. Это признавал даже не признающий ничего и никогда Малфой.
И, все же, Вальбурга вышла из гостиной и пришлось вернуться мыслями к имеющемуся в наличии сброду.
Начало, конечно, не такое и веселое. Сами храбрились, смеясь над предусмотрительностью, а первые вопросы выглядят совершенно по-детски даже для отсутствующего тут хаффлпафа, не говоря уже о слизерине. А вопрос о приставаниях заставил только едва слышно фыркнуть, все с тем же отсутствующим выражением лица, мол чего еще можно было ожидать от выкормышей дикой школы.
Ответ ждать себя не заставил. Вызов девушки "Злата, кажется. И зачем я запомнил?" Абраксас встретил стоически.
Драться не хотелось - Малфой не был приверженцем дуэлей физических или магических, предпочитая бить только наверняка - а наверняка почти в любом случае не подразумевало под собой честности. Вот только здесь и сейчас его лишили этого преимущества.
Зато все еще можно было потянуться к шляпе, вытаскивая свою бумажку. "Загадать Грюму защищать мою честь? И пусть дерутся сколько влезет - гриффиндорец и дурмстранговец - отличное зрелище. И льва попинают заодно". Мысль искусительная, взгляд, мгновенно лишившийся скучающего выражения, наполненный скрежетом шестеренок, остановился на Аласторе. "Нет." Не подходящий случай. Гордость - лишняя эмоция, но в данной ситуации такое вызвало бы непозволительные насмешки и испортило репутацию. Все же, дамой Абраксас себя точно не считал. Он примет вызов. Но и так не оставит.
- Аластор, поцелуй эту воинственную даму в губы, как следует. - Он махнул рукой в сторону Златы, снова принимая скучающе-расслабленный вид. Сам Малфой уже определился с этим кругом.
- Вызов.

+8

22

Появление двух небезызвестных барышень заставило Люси несколько напрячься, впрочем, не настолько чтобы она могла запереживать. Их присутствие привносило приятное разнообразие в мужскую компанию, которая собралась в этой гостиной. Отношения Розье и Лестрейндж слишком хорошо известны на факультете, а значит в этот вечер точно не будет скучно. И при мысли об этом на губах Паркинсон появляется игривая улыбка.
И вот игра началась... первый круг, юноши в зависимости от степени самоуверенности или желания покрасоваться выбирают правду или действие. Интересно, кто-нибудь из сидящих здесь хранит по-настоящему страшные тайны, которые могут вскрыться? Или все заканчивается на невинных откровениях вроде того, кто с какой игрушкой спал в детстве. Подобные вопросы вызывают у слизеринки лишь недоумение, которое выражается в удивленно приподнятой брови. Куда интереснее, например, кто из сидящих в гостиной любит спать в постели любимого старшего братца. Есть ведь, наверняка, и такие. Да и действия ограничиваются какими-то невинными глупостями пока дело не доходит до ее соседа, чье «действие», загаданное для гостя с Гриффиндора вызывает тихий смешок и появление задорных искр в глазах брюнетки. Вот это уже можно назвать настоящей игрой, а не детским лепетом.
И когда шляпа переходит в ручки Люси, она обводит взглядом всех собравшихся, прежде чем вытянуть оттуда заветный клочок пергамента, с улыбкой обращаясь к своему соседу:
- Малфой, раз уж ты пока единственный из джентльменов, кто не боится играть по-крупному... -  маленькая пауза для пущей драматичности, - Выбери из других джентльменов достойную тебя «даму» и продемонстрируй нам пару тактов танго. Я знаю, ты прекрасный танцор.
Улыбка сопровождает комплимент, вернее констатацию факта, в то время как Люси с интересов наблюдает за реакцией остальных господ на такое предложение. О, хотя куда интереснее будет наблюдать кого именно выберет сам Абракас. Кого он без зазрения сосвести сделает своей «дамой»...
Впрочем, пора и самой решать – правда или действие. И если в отличии от позерствующих однокурсниц она до этого никак не проявляла себя, то теперь есть шанс быть первой. Первой девушкой в этой комнате, которая не побоится играть по-крупному.
- И я выбираю действие.
[AVA]http://sa.uploads.ru/7khBw.jpg[/AVA][NIC]Lucy Parkinson[/NIC][STA]primus inter pares[/STA][SGN]Pro aris et focis certamen.[/SGN]

+5

23

[NIC]Alan Edgecombe[/NIC] [AVA]http://static.diary.ru/userdir/8/3/0/3/83032/85056257.jpg[/AVA]
[STA]Я знаю, что ты знаешь,
Что я знаю, что ты знаешь.
И ты скрываешь то, что я скрываю,
Что ты скрываешь.[/STA]

Алан с интересом наблюдал за всеми, внутренне оживившись, когда к их компании присоединились еще дамы. Что поделать, женское общество он любил гораздо больше. Да и в целом происходящее в слизеринской гостиной его начинало завораживать - это же такое прекрасное поле для психологических наблюдений, а то и экспериментов! Появление старосты Блэк его чуть не огорчило - “Неужели все закончится, так толком и не начавшись?” - но нет, повезло, Риддл оказался гораздо более авторитетным слизеринцем, чем по ранее сложившемуся у Эджкомба мнению.
Наконец-то началась сама игра. Первые задания и вопросы были довольно скромные. С подковыкой, да, но скромные. А потом народ, словно зацепившись, разошелся, выдавая все более занятные пожелания. Ну не прерывать же было эту славную тенденцию Алану? Вытянув имя мисс Паркинсон, рейвенкловец слегка усмехнулся:
- Раз уж прелестная мисс столь храбра и выбрала действие, то, безусловно, заслуживает получить для себя не менее увлекательное задание: выбрать любого из присутствующих джентльменов и просидеть у него на коленях, пока не пройдет круг игры, - выдавая это действие, Эджкомб улыбался, чуть прищуривая глаза и изучающе оглядывая собравшихся: ему была интересна их реакция, - А сам я выберу, пожалуй, вопрос.

+5

24

Ах, Ровена! Думает, что раз назвали ее в честь заумной основательницы Хогвартса, значит, может язвить и занудствовать. Да в их семье уж просто имён на "Р" не осталось, вот и пришлось выкручиваться, подбирая по памяти что-то подревнее. Вот у Розье прекрасные семейные традиции, лишь звучность и статусность им закон. Друэлла поджала губы и оправила на коленях форменную юбку в складку - если ей после отработки у Дамблдора, плешивого любителя кислятины, не удалось переодеться, это ещё не значит, что она выглядит не безупречно: свитер с зелено-серебристой каймой у горла выгодно украшает  юные, относительно недавно наметившиеся формы, факультетский галстук торчит из кармана мантии, а верхняя пуговичка блузки распахнута пусть и слишком фривольно, но ее не отругают да и родителям  не накапают: мать после смерти отца все чахнет и давно наплевала на детей, а брат вот рядом, в случае чего заступится за младшую, так кто им указ? Баллы факультета ее и вовсе волновали мало.

Риддл, полукровка-выскочка, которому в рот заглядывали глупые мальчишки, устанавливал свои правила и из его уст игра казалась не такой уж и невинной, но выйдешь из нее - и потом не сможешь отмыться от звания трусихи весь свой остаток жизни, потому что вот с этими вот товарищами ей и вести дела. А так, конечно, может и что-то полезное узнает.

Было любопытно не знать, кому досталось твоё имя - и рейвенкловец явно не ожидал, что он настолько попался. Друэлла бы с большим удовольствием вытянула имя кого-то из парочки Лестрейнджей или самого Риддла, но уж что есть. И самое время было показать, что не всем здесь место. Друэлла мало интересовали пикантные любовные интрижки рейвенкловец с его обожаемыми книжками, но вот стереть улыбку с лица хотелось.

- Алан, ты без сомнений обладатель ясного ума и весьма цепкой памяти. Будь добр, поведай, что лежит в сейфе твоей семьи в Гринготтсе? Я предпочитаю самые точные данные, в цифрах и количествах, -
Друэлла держала самый серьезный вид, не позволяя себе в этот момент ни капли ехидства, ни йоты сарказма. Смеяться она будет позже, когда мальчишка станет перечислять кнаты, думая, что провалиться под землю было бы лучше. Только валиться дальше уже некуда - они и так в подземельях, максимально близко к земле, которая будто бы давала им сил.

- Сама я предпочту действие, и так слишком много болтовни
, - Дрю покосилась на Вальбургу, что все ещё не вступила в игру, и подумала, что от нее может нехило перепасть: всё-таки та была старше и, Друэлла это признавала, куда опытнее ее.

+9

25

Ровена улыбается брату в ответ и легко проводит ладонью по его мягким волосам в то время, когда появляется одна из старост, что вызвала оживление, как со стороны юношей, так и девушек совершенно по разным причинам. Пожалуй, этого все-таки и не хватало в начале игры. Сам процесс, не успевший толком начаться-то, Вальбурга прерывать не стала, направляясь в спальню девушек. На что Ровена лишь легко пожала плечами, потому что еще каких-то несколько секунд назад была уверенна, что Вэл присоединится к ним.
Лестрейндж вернулась к игре. Пока что все происходило все слишком спокойно и как-то невинно, вызывая легкую скуку. Впрочем, от первого круга стоило ожидать именно этого. Гости из другой школы освоились лучше, чем студенты с других факультетов. По крайней мере, на первый взгляд.
Ровена ненавязчиво обводит взглядом собравшихся, наблюдая за реакцией. Пожалуй, именно реакция соигроков сейчас была интереснее, нежели сам  процесс игры. И она надеется, что это лишь на первый круг. Именно тогда понимаешь достаточно, чтобы сделать выводы и оставить их же при себе. Просто так, взяв на заметку. Вот только было сложнее, когда это никак не распространялось на тех, кому, мягко говоря, было все равно. По чьим лицам толком и не поймешь, о чем они могли подумать, понравился им заданный вопрос или действие.
Девушка хмыкает и кладет ладонь позади плеча брата, совсем легонько, не заостряя на этом ни его, ни чужое внимание, заранее задумываясь над тем, что предпочтет: правду или действие. И то и другое, по сути, были в равной степени одинаковыми для нее. Ровена легко могла выбрать правду и, сделав несколько глотков алкоголя, разбавленного зельем правды, ответить на вопрос. Тайн у нее, как таковых, практически нет. А вот рассказать о себе могла много лишнего, если, конечно, это кого-то особо волнует. Вот только ее и так все знают. Если же дело коснется ее семьи - промолчать под воздействием Веритасерума, не удастся. Впрочем, кого сейчас волнуют такие глобальные вопросы? Но, пока градус веселья не повысился,  шанс запомнить возрастал. Уж лучше делиться откровениями, когда все будут навеселе. Особенно, когда от небольшого количества того же сливочного пива само по себе немного развязывает язык. Да и сделать, в принципе, тоже проще. И не факт, что обязательно будет нечто постыдное – все зависит от того, кто вынимет бумажку, от отношения, если это давние знакомые, в конце концов. Поговорят и перестанут. А правда может оставаться в головах еще очень долгое время, что звучит не так выгодно, как могло бы быть. К тому же, наблюдать за действиями куда веселее, чем выслушивать болтовню, которой, как успела заметить Друэлла, итак слишком много.
Ровена тянется за кровавым леденцом, после чего запускает руку в шляпу и, недолго думая, вытягивает ту бумажку, которая сама попала между указательным и средним пальцами. Она читает имя, и губы ее изгибаются в легкой усмешке. Друэлла. Кто бы мог подумать, что в первом круге именно Ровена вытянет бумажку именно с ее именем. Ей так хотелось задать что-нибудь эдакое. Но стоит, пожалуй, начать с банального – к чему торопиться?!
– Друэлла, Роу смотрит в сторону, где восседает мисс Розье, – а поцелуй-ка того, кто тебе наиболее симпатичен тебе в этой гостиной. Красиво. Чувственно. – Лестрейндж уверена, что проявить симпатию Друэлле не составит труда. А такие, наверняка, имеются. Не сложно, ведь, верно? – Я предпочту действие.
[NIC]Rowena Lestrange[/NIC]
[AVA]http://s1.uploads.ru/p78xn.png[/AVA]

Отредактировано Rowena Mulciber (2017-08-03 16:26:49)

+6

26

[NIC]Grey Cardinal[/NIC][AVA]http://forumavatars.ru/img/avatars/0015/a1/65/2-1431084925.jpg[/AVA]

Господа исполняем желание, и называем в конце поста что "правду или действие" вы выбираете в следующий круг, перед началом круга мы выложим список - кто кому загадывает (великий рандом)

[SGN]   [/SGN]

+1

27

Серпентарий друзей, террариум единомышленников...
Когда гостиная змеиного факультета полнится его детьми, дешевле, право слово, пройти мимо, пока концентрация яда не перешла за пределы нормы. Впрочем, Том уже привык, что среди змей он, пожалуй, самая опасная и ядовитая - Наследник, а с этим титулом шутки плохи. Как и с тем наследством, что оно подразумевает. Но сейчас, здесь, это не важно.
Том смотрит на Рикарда чуть насмешливо, ожидая, что же именно тот загадает. И, пожалуй, что на моменте, когда тот все же произносит своё веское слово, у Риддла на миг вспыхивают глаза.
Засранец.
Весь курс знает, что у Тома Риддла с профессором трансфигурации Альбусом Дамблдором сложные отношения с первого дня. Такие, что староста даже развернется посреди коридора и пойдет в другую сторону, куда бы ни шел до этого, если заметит приближающегося профессора. Разумеется, если будет уверен, что тот не заметил его первым и уйти незаметно будет возможно.
А Рикард знает об этой особенности лучше всего. И, все же, не лишает себя удовольствия. Том хмыкает насмешливо. Он хороший актер, это для его близкого окружения тоже не такая уж и тайна, просто никто из них не знает, насколько хороший. И ещё никто из них не знает, что единственная роль Тома Риддла, которую он исполняет в совершенстве - его собственная.
- Ну, раз так, - Том смеётся негромко, вольготно, по-хозяйски откидываясь на спинку дивана - шляпа минует круг и только после того, как круг закончится, ему нужно будет выполнить свою часть уговора. А пока интересно, что захотят остальные. В конце концов, это и проверка тоже.
Он только улыбается уголком губ. Эдди предлагает забавный дурацкий вопрос про игрушку, но это пока так, для раскачки...
Долохов - Том мажет по нему взглядом - загадывает что-то поинтереснее, но он не уверен, что у Эдди есть что рассказать по этому поводу.
Он уже тянет было руку за шоколадной лягушкой, как их тихий вечер оказывается внезапно прерван появлением Вальбурги. В присутствии дамы - этой дамы - Риддл моментально подбирается, хотя и не может спрятать веселье - мисс Блэк авансом всех решила разогнать и только потом заметила его, поняв, что сборище... санкционированное.
- Они со мной, Вальбурга, - здесь, в присутствии других и, самое главное, ее присутствии, он ни в коем случае не назовет ее "Вэл" - это верх невежливости. Он только едва-едва склоняет голову, показывая, что да, исключительно под его ответственность и потом, когда девушка уже отходит, окликает ее.
- Останься я нами. Я буду рад, - Том легко убирает "мы" - во-первых, Вальбурге здесь рад будет мало кто, во-вторых, никакие "мы" его не волнуют, это его приглашение, лично, из рук в руки.
- Мы играем в "правду" или "вызов". С Веритасерумом.
Но девушка уходит и Том даже несколько досадует по этому поводу. Игра продолжается.
Круг доходит до конца. В основном скучно, но к концу все расходятся и переходят, ну да, к тому, к чему и должны переходить по логике мальчики и девочки - к теме поцелуев и приставаний. Ему от этого откровенно скучно и хмыкает он только на словах Друэллы. Ну да, пиявка Розье как всегда. Жениха, что ли, ищет? Или новую жертву, к которой присосаться? Впрочем, Роу ее моментально осаждает и Том усмехается чуть более явно. На девице Лестрейндж круг заканчивается. Его очередь.
Том не думает долго, в конце концов, опуститься до вот этого по отношению к сестре лучшего друга он не может и не хочет, да и сам не интересуется вопросами о том, в кого она может быть к примеру влюблена. Не то что бы осознанно, просто знает, трогать Ровену Лестрейндж надо бережно - она для Рикарда больное место, а это и при полном отсутствии эмпатии за столько лет можно было понять.
- Спой нам. Свою любимую песню, - коротко бросает он, думая, что если бы на ее месте была та же Дру - не пощадил бы. Песней бы не обошлось. А так...
Ну ничего, будет ещё круг, а у него есть идея. И желание подмухлевать со шляпой, когда она снова попадет в его руки, чтобы вытащить одно определенное имя.
- Ну что ж... приступим.
Он на миг смыкает веки, сосредотачиваясь, вспоминая эти голубые, как осколки неба, глаза поверх стекол очков. Почти чувствует проходящую дрожь отвращения.
Если бы он хотел использовать самотрансфигурацию и стать профессором, чтобы он делал потом? Как бы себя вел? Как бы чувствовал?
Он представляет, как давят на нос очки, как лицо облегает борода. А потом начинает говорить довольно точно пародируя голос профессора Дамблдора:
- Таким образом мы можем рассматривать метаморфомагию как частный случай трансфигурации самого себя... Мистер Малфой, - он размыкает веки и смотрит именно так, словно носит на носу очки-половинки, - я понимаю, что есть немало иных интересных дел, но трансфигурации одна из тех наук, что может немало пригодиться в будущем. Теперь же перейдем к практике, прошу вас, мисс Лестрейндж, возьмите палочку вот так... - он даже движется, словно показывая невидимой Ровене, куда именно встать - движется с грацией немолодого волшебника. - Теперь поднимите ее, направьте... И используйте заклинание.
Он поворачивается к Рикарду, усмехаясь.
- Довольна твоя душа, или ещё?
И, получив одобрение, опускается на своё место, все же забирая лягушку.
Следующим тоже будет действие. Учиться лгать под Веритасерумом он будет в другое время в другом месте.
[AVA]http://sg.uploads.ru/t/dNqi6.gif[/AVA]
[SGN]

Спи, моя Британия
Скрытая, тайная

http://s5.uploads.ru/f1eEJ.gif

http://s9.uploads.ru/bzQJP.gif
Такт твоего дыхания -
Мой брегет.

[/SGN]

+8

28

[AVA]http://s6.uploads.ru/t/0hXjw.gif[/AVA]

  Вальбурга явилась когда еще все только разогревались. Да еще сразу после вопроса этого рослого дурмстрангца, с которого могло начаться все веселье. «Не во время, ой не во время.» Ее явление в купе с замечаниями  - которые Рикард смог бы предсказать почти до словно, стоило ей только обвести всех взглядом – только снова пустит их в унылый круг разогрева.
   Том просит ее остаться, и Лестрейндж едва уловимо морщится, маскируя это еще одним поцелуем в руку сестры. Он не против, но Вэл… С момента их - по причине наличия невесты - не сложившегося похода в Хогсмид практически на свидание, Лестрейндж стал оценивать ее несколько иначе, чем привык. И ему казалось, что более веселой эта игра будет без нее. Вэл умела удивлять гранями характера, казалось бы не совместимыми в одном человеке: и вести себя неприступной чопорной снежной королевой, и  - вот например – предлагать обрученному молодому человеку авантюру, которая имеет все шансы порвать одну помолвку и стать причиной другой.
   Но Блек уходит. Он почти не сомневается, что она вернется: как же Вальбурга та еще в каждом событии действующее лицо, она не позволит веселью пройти без себя прекрасной.
А веселье наконец начинается. Рикард пару раз хмыкнул, выражая одобрение выданным вопросам и заданиям, и пару раз прятал улыбку, поднося к губам руку сестры.
   Девчонка из дурмтсрангцев не слишком ему понравилась: она словно стремилась подтвердить все предрассудки о студентах северной школы. При чем о парнях. А может просто повыпендриваться. «Ну, дружеская обстановка, нежные шуточки вроде как у нас с Грюмом. Зачем же обострять». На его вкус стравливать явно далеко не самого плохого бойца  с Малфоем, который ни в ЗОТИ не блистал, ни в дуэльном клубе не участвовал. Словно намерено выбрала самого уязвимого из всех.
   Лестрейндж редко вспоминал, что Абраксас ему кузен и надо бы о нем заботится, но сейчас опасно сощурился на блондинку.
Что выбрать вашему громиле противника его размера никто не удосужился, да? – сладко протянул он, выпрямляясь и смиряя девицу взглядом, – Боитесь, что сплохует? – Рикард хмыкнул, – Не напрягайся, Касси. Не стоит того.
   Абраксас, впрочем, со своим заданием не подвел: и любвеобильности Аластора (Рикард не проверял, но кажется, тот каждый раз шел в Хогсмид в чьем-то приятном обществе) польстил и даму огрел. Мисс Паркинсон продолжила тему заданий вторгающихся в личное пространство, и рейвенкловец не подвел. Надо же на факультет Ровены тоже знают, что делать с дамами…
   Ровена, вытянувшая давнюю соперницу тоже жалеть ее не стала.
   А Том исполнил Альбуса со всем старанием.
О, я полностью удовлетворен. Особенно в душе, – просиял Рикард, и первым поднял за Веритасерумом, разбавляя его элем, и отпивая глоток, – Итак, детская игрушка, с которой я спал... – алкоголь пока не начал на него действовать, а вот магическое зелье... – вынужден расстроить всех, кто уже нафантазировал себе разного. Я спал в своей постели в гордом одиночестве. А вот над моей колыбелью весели разные летающие игрушки от драконов до птиц, – он улыбнулся, – Так что все скучно.
   Рикард вернулся обратно на диван, и приобнял сестру.
В следующий раз пусть будет действие. Оно кажется веселей...

[SGN]

Достоинство сильных не в мощных руках
В умении сдерживать силу.
http://s6.uploads.ru/5NoZy.gif

http://s5.uploads.ru/PHB1n.gif
Талант полководца не в многих полках...
А в сломанном вражьем крестце.

[/SGN]

+6

29

[AVA]http://cdn1.savepice.ru/uploads/2017/6/14/3b7d0591b7aa3c54f60d190dfe2f9595-full.jpg[/AVA]Эдвард пожал плечами и отпил из кубка. Вопрос у этого парня с Дурмстранга совершенно невинный, даже скучно. То есть, остальной «гадюшник» неожиданно срывается с цепи и начинает творить непотребства, так что… можно сказать, Том свою задумку выполнил всецело. Аластор весьма вежлив с девчонкой, которая выбирает Долохову драться с Касси – у нее явно глаз-алмаз, она видит, кто из «хозяев» хуже всего в боевой магии. Эта… Злата, кажется, ее так представили? – неплохая девушка, она явно не за красивые глаза среди парней, не сестра чья-то и не девушка. Эта вроде Вальбурги – палец в рот не клади, все пальцы сожрет. Ну только Вальбурга и ее крутой блэковский нрав – фамильное, а тут… а, может, тоже. Может быть эти Вишневские – вроде Блэков там у себя, считаются негласными королями.
Эдварда эти «считаются» трогают мало, как и девичьи разборки, хотя, безусловно, милашка Дру и Ровена так капают ядом, будто не потомственные ведьмы, а потомственные кобры. С другой стороны, ситуация даже... интересная. Что планирует Том – заставить все напиться, выдать тайны… или?..
Он качает головой.
- Мои ухаживания, - смеется он, - а не приставания, - никаких приставаний, все по любви! - доходили до невнятных пьяных обещаний отвести под венец и сбежать в другую страну, - Эдвард Мальсибер не боится рассказывать о таком что в обществе прекрасных дам, что в обществе полузнакомых людей, что в обществе друзей. Да и по сути все знали эту историю – так или иначе. У него, в конце концов, был давний и непродолжительный роман с полукровкой с Хаплпаффа, причем Эдвард был уверен, что влюблен – готов был хоть тащить ее к отцу и требовать благословения, хоть семью бросать и бежать с возлюбленной на край света… Правда, продлилось это дело недолго – не больше трех-четырех месяцев, считай – даже полный год не продержалась эта «любовь». Риддл тогда особенно язвил по этому поводу, ну а Рик – тот вообще. Самое интересное, в тот памятный момент Эдвард не так уж и пьян-то был по сути, скорее – это от любви. Отцу он о своих намерениях рассказал, когда прошло – а тот сказал, что был в курсе почти с самого начала, что ему декан написал. Нужно ли было говорить, какое добро Эдди затаил на Слагхорна?
- Что? – подмигнул он дамам и особенно Друэлле. – Я так больше делать не собираюсь, - нужно сказать, правду Эдвард говорить не боялся. По сути – ему нечего было скрывать, а то, что было – то здесь не спросят, не при всех. А пить сыворотку правды наедине… Нет уж, такое – только лишь для Тома и его драконовских методов.
Методов изображения Дамблдора, естественно, – признаться, ненавистный профессор у Тома вышел что надо. Правда, он надеялся, что веселье не испортит скотский характер Касси – но нет, тот уже начинал все портить, по выражению лица ясно. И неожиданно Паркинсон решила, как она выразилась «играть по-крупному».
Эдварду неожиданно вспомнилось, как Рик учил танцевать Тома. Тогда это не казалось чем-то недостойным – да и не казалось и сейчас. И в принципе – странно, что мисс Паркинсон считает, что танцы – это «по-крупному». Вот поцелуи – это уже интересно.
- Я тоже хочу действие, - Эдвард рассмеялся. – Мне кажется, большинству и наливать не нужно. Я тоже хочу кого-нибудь поцеловать, - он разлил по стаканам алкоголь взмахом палочки. – Или Веритасерум сегодня крепковат? А, может, это наши гости так повлияли? – он сел обратно и весело обвел взглядом гостиную. Главное, чтобы не нагрянул какой-нибудь Дамблдор, не к ночи будь помянут.

Отредактировано Edward Mulciber (2017-08-09 21:17:58)

+7

30

Игра шла себе тихо-мирно, понемногу набирая обороты, ровно до тех пор, пока на Малфое не решила сделать резкий скачок вперед. Как это обычно и бывает, если обстоятельства где и сходятся клином, так это на нем. Преподаватели начинают спрашивать материал, который никто не учил, на поле для квиддича игроки команды соперника входят в раж, в “Сладком Королевстве” заканчиваются вкусные конфеты… Малфой начинает тему поцелуев. Решив, что как-нибудь при случае ему отомстит, Аластор с честью принимает вызов и остаток круга наблюдает за происходящим не столь внимательно, больше размышляя о том, как бы это ему ловчее подступиться к северянке.
Народ подхватывает тему. С одной стороны, это хорошо, не ему одному позориться. С другой стороны, будет не особенно весело, если и дальше продолжать в том же духе. Уж лучше дуэли вроде той, которая предстоит Долохову и Малфою. Сперва Грюм даже немного обеспокоился за слизеринца, но своим заданием тот перечеркнул все благородные порывы гриффиндорца. Пускай теперь получает все, что ему причитается.
Из раздумий его вытягивает только актерская игра Тома - хорошая игра, придраться не к чему. Аластор своего декана безмерно уважал и готов был отстаивать свое мнение и словами, и кулаками, но сегодня сценка вышла совершенно не обидная. Интересно, а со Слагхорном Риддл справился бы так же хорошо? Пожалуй, да. Он вообще… харизматичный. Вон, на весь факультет харизмы хватает и даже через край плещется. Он и сам поначалу готов был поддаться этим странным чарам, но уж очень сильно расходились слова старосты Слизерина с тем, что он сам, Грюм, успел себе надумать.
...И вот, пока соперники готовились скрестить палочки, пришло время все-таки выполнить загаданное. После “страшных” признаний Мальсибера гриффиндорец решительно поднялся с места, прошел мимо все делегации Дурмстранга с гордо поднятой головой и подошел к Злате. Окинул ее внимательным взглядом, прикидывая, не треснет ли она его чем в случае чего, а потом наклонился и быстро и неловко поцеловал ее, борясь с желанием немедленно отпрыгнуть прочь, как только выпрямится. Сперва угодил губами в уголок ее губ, целуя скорее щеку, поднял на нее виноватые глаза - мол, опыта у меня, конечно, маловато, поэтому сейчас будет вторая попытка, и незамедлительно эту самую попытку предпринял, пока не передумал. Вышло лучше, но так же неуверенно и порывисто.
Хотя в Хогсмид он и впрямь периодически ходил за руку с какой-нибудь девчонкой, ни о чем “таком” Аластор обычно и не думал, а когда думал, то не мог подобрать подходящий момент, подходящее слово, да даже собственный взгляд казался ему каким-то совершенно идиотским в такие моменты. Словом, гораздо проще было сразить девчонку наповал в Дуэльном клубе, чем на  ринге нежных чувств. Так что нынешний поцелуй можно было считать первым, и ничего, кроме паники, недоумения и облегчения Грюм при этом не испытал. А разговоров-то было, разговоров.
- А теперь правда, - возвращаясь на свое место, гриффиндорец налил себе из какой-то незнакомой бутылки, принесенной гостями. Уж помирать - так с музыкой.

п.с.

В честь отъезда мне разрешили влезть в очередь.)

+5


Вы здесь » Marauders. Brand new world » Флешбеки » 01.02.43В гостиной было весело и шумно…