картинка

Marauders. Brand new world

Объявление

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders. Brand new world » Настоящее время » Здесь никто не услышит твоего крика


Здесь никто не услышит твоего крика

Сообщений 1 страница 25 из 25

1

Здесь никто не услышит твоего крика


Открытый эпизод (для пожирателей, если Тони разрешит)

Антонин Долохов, Беллатрикс Лестрейндж, старший аврор Эварт Доусон (нпс от Руфуса Скримджера)

25 декабря 1978

Ставка Пожирателей

Лайт версия Кровавого Рождества.

Дополнительно: внимание, у отыгрыша высокий рейтинг за жестокость.

+1

2

Дети, - лучшее прикрытие, но сегодня "он" выглядел не совсем как мальчишка - рукам и глазам подростка доверия больше, а ещё подростковое тельце не придётся смирять, словно норовистого коня, когда и если придётся быстро, очень быстро драпать. Ну мало ли, какие там у детей бывают дела? Главное, что эти дела были на пути выбранной жертвы, поэтому полчаса зазора (на всякий случай), "он" был более чем занят - высыпал стопку мелочи, словно на паперти стоял, в кафе "Фортескью", с трудом насобирав мелких и мокрых от того, что зажаты в потной ладони, кнатов на самую простую мороженку, а потом, когда сладость кончилась, исправно прилип носом к толпе таких же точно, вихрастых и голенастых, к витрине с мётлами. Пару раз вытер нос рукавом, выдал несколько "профессиональных" реплик, толкнул кого-то в бок и получил сам, - в общем исправно вёл насыщенную событиями жизнь, не забывая стрельнуть глазами семо и овамо, - пропустить сегодняшнюю цель было бы обидно.
Промазать - ещё обиднее, так что позицию для стрельбы "он" выбрал заранее - закуток у прилавка лавки с волшебными животными. где тоже "он" был не один.
Всего и делов-то - вытащить из кармана несколько конфет, развернуть бумажку и, держась за фантик, запульнуть из рогатки в спину проходящему аврору. Чпок-чпок-чпок...
Убегать "он" не спешит, - здесь, на улице, просто так исчезнувшим без шума человеком никого не удивишь - мало ли, домой аппарирровал.
Минуты через три невзрачный мальчишка в поношенных ботинках и растянутых на коленках штанах со вздохом отлипает от ярких витрин и идёт прочь...
Вероятно домой...
А может и не домой.
По крайней мере Антонин из укромного места аппарирует явно не домой, - если всё прошло хорошо Белла отлично справится и без него, а если плохо - ... ну, есть у Тони надежда, что из того чистого поля, куда он зашвырнул аврора, Белла при необходимости смыться - смоется и без его помощи. На самый центр дальнего поля в аж Уэльсе он аппарирует, минут через пять после "похищенного", с палочкой наготове и готовностью, случись что, убивать.
А маглы опять будут потом обсуждать причины кругов на полях. Инопланетяне, инопланетяне... apparate!

Отредактировано Antonin Yu. Dolohov (2017-06-02 16:16:50)

+7

3

Зимой в Уэльсе не то что бы жарко, особенно на открытой местности. Ветер продувает так, словно норовит добраться до костей и Белла раз за разом подновляет согревающие чары на своем пальто, не позволяя назойливому сквозняку выморозить ее окончательно. Шерстяные чулки под брюками не помогают совершенно, как не помогает и жилет, потому что погода сегодня разбушевалась не на шутку.
Она шаг за шагом обходит бесконечное поле – в кружащихся снежинках дезиллюминационные чары действуют даже лучше, а следы от ее ног изредка приходится заметить движением палочки. Все хорошо, если бы еще не было так холодно…
В блужданиях своих Белла не отдаляется и на десять шагов от той точки, куда ведет портключ – координаты они высчитали с точностью и она специально воткнула в землю несколько вялых колосков, чтобы не терять ориентир. Осталось только дождаться момента, пока…
Беллатрикс ругается шепотом и подновляет поочередно все чары – согревающее, маскировку и заметание следов, коротко взмахивая палочкой. Кто бы сомневался, что портключ сработает в какой-то другой момент, как  же… Удачно, но дезориентированный аврор стоит к ней боком, у него еще не хватает возможности осмотреться достаточно, но Белла видит, как он тянется рукой к значку, собираясь уведомить о том, что оказался неизвестно где. И как другая его рука тянется к палочке.
- Stupefy!
Она успевает за мгновение до того, как пальцы смыкаются на значке и за мгновение до того, как палочка вскидывается, когда аврор находит ее взглядом – кажется, он все же достаточно дезориентирован, чтобы сначала все же повернуться к ней, а потом уже хвататься за свое «средство оповещения» - ну конечно, внезапное перемещение не дает сосредоточиться, особенно если буквально за пару мгновений до этого ты думал о сытном ужине или, к примеру, о вечере у камина к газетой или хорошей книгой.
Мужчина падает на спину, проложив небольшой маршрут через усыпанную снегом жухлую траву и Белла не отводит от него кончика своей палочки, пока подходит ближе.
- Stupefy, - повторяет она, замерев над ним и от второго оглушающего, контрольного, человек на земле дергается, но в себя не приходит. Убедившись, Белла опускается на корточки рядом с аврором и аккуратно вынимает из его сжатых пальцев волшебную палочку, убирая ее в собственный карман. Потом аккуратно отцепляет от лацкана аврорский значок и убирает его туда же. Потом, совершенно беспощадно по отношению к лежащему на холодной земле человеку, распахивает его мантию и проверяет карманы на предмет артефактов и прочей ерунды.
К тому моменту, как Долохов подходит к ней, аврор висит в десятке дюймов над землей, окруженный согревающими чарами и парализованный, а Белла подновляет свои чары и трет руки в перчатках.
Интересно, насколько рациональной будет мысль перед началом успеть глотнуть кофе с ложкой огневиски?
Ну и холодно же здесь.

Чары

*Stupefy / Stunning Charm - P (англ. Stupefy – «ошеломлять», лат. stupeo – «замирать, неметь, застывать, останавливаться»)
Алый луч. Оглушает и отбрасывает жертву, лишает сознания. Вероятнее всего эффект близок к эффекту сильного удара по голове. Если жертве не оказана помощь, через некоторое она придет в себя сама.

+7

4

- Прекрасно! Ты молодец,- это пока что вместо согревающего в  огневиски, тёплой мантии и хорошо протопленной комнаты с горящим камином. Какой уж там им обоим камин - в помещениях, отведённых под пыточные, таких удобств нет. К тому же по трубам слишком уж хорошо, как ни накладывай чары, проходит звук, и проходят совы. Почта аврору Доусону - это было бы слишком смешно и, пожалуй, опасно.
Впрочем, пока что тут просто очень холодно, холодно не только Беллатрикс, но и лохматому подростку в растянутых на коленках штанах - это тебе не в Лондоне по переулкам шкериться, - ветер сразу же проникает под одежду, с воодушевлением воруя припрятанные там крохи тепла.
Это только аврору всё равно - как согрели, так и тепло, - не до капризов.
- Теперь портключ и, пожалуй, перечного зелья обоим. Или чего для взрослых даже - вполне заслужили.
Из необъятных карманов потрёпанных штанов Антонин достает обычный портключ  варианта "отсюда - туда", смотрит на совсем не по росту мальчишке часы - серебрёные, кажется, в виде луковки с крышечкой и хрупким на вид винтом сверху. Стрелки показывают без двух минут, а значит у них тут ещё куча времени чтобы дать дуба не в каких-то дебрях под Smolenskom, а прямо тут, в банальном Уэльсе.
- Давай с двух сторон под белы ручки...
Собственный внешний вид Антонина не смущает, но вот ворочать аврора ему несколько непривычно, в голове возникает и пропадает шальная мысль о том, что сейчас-то, нынче, они с миссис Блэк равного роста. Непривычно равного, и с этой высоты мир всё же смотрится немного иначе. Особенно в динамике и в том, насколько далеко простирается радиус захвата его текущих рук. В голове это приходится держать и Антонин ставит себе галку - это нужно будет прогнать отдельно на Полигоне с теми, кого часто ставят работать под обороткой - глазомер, он и тут глазомер.
"Нно, залётныя!"
Это не вслух, - это самому себе, Беллатрикс, аврору, подхваченному под микитки, и портключу - самое время перемещаться в тепло, отогреваться самим и тащить трофей в укромное местечко. В этот раз палочку Антонин держит наготове и, если ни у кого появление неизвестного мальчишки вопросов не вызовет, у этого самого "мальчишки" к "встречающим" вопросов появится масса. Так что полагаться на мирную встречу не стоило - Долохов всерьёз ожидал парочки упреждающих сногсшибателей и готов был их отразить.
Не в детсад же перемешались...

+6

5

Когда Долохов подходит, Белла выпрямляется, поднимая палочку. Пусть она видела, какая у него будет внешность под обороткой, но мало ли… Всякие бывают казусы, не хватало еще подставить спину аврору, который вот вместе с этим решил ее, к примеру, саму поймать.
Но стоит мальчишке открыть рот и Белла все же опускает палочку. Голос, конечно, соответствует внешности, зато интонации – сугубо Долоховские, их не подделаешь.
Спрашивать, как все прошло, смысла нет, прошло бы все плохо и Долохов бы тут не появился. Ну или появился бы, только она бы уже лежала тут посреди снега и авроров бы набежало, что тех тараканов. А значит, вопросы можно и не задавать.
Белла присматривается к пленнику, раздумывая приложить оглушающим еще раз или эффекта хватит. О жертве приходится пока что заботиться. Перестать о нем заботиться они еще успеют, попозже, когда начнут задавать ему всякого рода вопросы, а пока лучше обойтись без всяких разных обморожений и прочей ерунды.
Поэтому, вместо оглушающего, она накладывает поверх связывающие чары. Без палочки старший аврор много не навоюет, конечно, но лучше вообще не давать ему подумать крамольную мысль о том, чтобы кого-то как-то атаковать. Полежит, отдохнёт, день наверняка был трудный. Выспится, опять же, перед серьезным-то разговором.
Перестав растирать руки (пальцы на кончиках уже начали неметь, ну что за напасть), Белла моментально подхватывает аврора под одну из рук, снимая чары, что держат его тело в воздухе. Вес тут же обвешивает их с Долоховым сполна. Аврор, все же, не пушинка.
Белла коротко ругается сквозь зубы.
- Потом… взрослого. Как закончим, - отзывается она, перехватывая ношу поудобнее. И правда, вот чтобы прямо всерьез греться – это не сейчас, это позже. Хотя она бы, пожалуй, не отказалась бы от горячего глинтвейна даже, но только потому, что Рождество. Рождество в Ставке, конечно, не празднуют, здесь празднуют Йоль, но тем не менее, общая атмосфера праздника как-то располагает, настраивает на лирический лад. Но все потом, сначала работа.
Проходит буквально несколько мгновений и неуклюжая конструкция из мальчишки в растянутых штанах, женщины в почти что мужском пальто и бессознательного человека между ними, исчезает. Поле остается пустым, ветер и снег уничтожают оставшиеся от них следы.
Встречают их, конечно, недружелюбно. Можно было бы предупредить, но проверка иногда приходится как нельзя кстати и Белла только старается не уронить бессознательного и оттого тяжелого аврора, пока они разбираются относительно того, можно ли вовнутрь всяким вихрастым мальчишкам-попрошайкам или нельзя. И потом все же отпускает его, подхватывая движением палочки и более чем заботливо пронося через дверной проем. Там, внутри, она вверяет старшего аврора Доусона Долохову, а сама и правда приманивает перечное зелье на двоих, успев на ходу даже глотнуть горького и обжигающе-прекрасного кофе. Ну правда же, она немало простояла в поле, открытая всем ветрам, это только кажется, что во благо Милорда надо стискивать зубы и терпеть любые лишения (нет, несомненно, надо!), но банальную простуду никто не отменял, а холод снаружи действительно собачий. Хороши будут дознаватели, если у них зуб на зуб с трудом попадает.

+7

6

Ну ничего - к Йолю у них есть все шансы успеть, или, по крайней мере, успеть довести дело до технического перерыва, когда аврору нужно будет милосердно дать подышать (и пережить... и осознать... и подумать), а им с Беллатрикс - поесть, умыться, и...
На самый-самый Йоль были у Долохова совершенно иные планы, поскольку один из давних его друзей традиционно на Йоль склонен бывал к самоубийственным экспериментам. Тут не до аврора, каким бы нежным и мягким не было его мясцо. Ничего. Подождёт.
Через несколько минут оживлённейшей дискуссии Долохов почти одновременно получает свой облик и господина старшего аврора, что можно счесть за удачу - всё же в своём теле удобнее. Первым делом Долохов деликатно накрывает лицо аврора, да и всего аврора тоже куском непрозрачной ткани. Вероятность того, что мистер Доусон ещё полюбуется белым светом вне этих коридоров почти равна нулю, но и это "почти" заставляет быть осторожным: Антонин следит за тем, чтобы пленник собрал на себя почти вдвое больше углов и поворотов, чем их реально было, чтобы путь до отведённой ему на ближайшее время конурки занял куда больше раельного времени, а некоторые посты с имитациями бесед и паролей-отзывов встретились им на три-четыре штуки больше, чем их было во всём здании. Хвала Мерлину, Долохову оставались доступными жесты, которые транспортируемый отследить был не в силах, и запустить разноголосые переклички не составило труда.
Обширность чужих штабов должна была производить впечатление, так что Беллатрикс, при желании, могла не только добыть кофе, но и, срезав по прямой, сжевать по дороге какой-нибудь ужасный бутерброд.
Хотя да, бутерброд и Беллатрикс...
Ну, тогда хотя бы этот мелкий миндальный сухарик, полагающийся к чорному кофе.
Антонин пока что был занят выбором допросной, она же пыточная, и аккуратным принайтовыванием добычи к так удачно пришедшейся к месту железной рельсе, по скудоумию архитектора выполнявшей роль потолочной балки. Успокоительное, примененное Антонином, было универсально и старо как мир - вместо заклинания он попросту дал аврорской сволочи в рыло.
Очнуться аврору Доусону предстояло стоя на цыпочках с задранными куда-то наверх и ощутимо ноющими при попытке пошевелиться руками.
Зато разглядывать можно было всласть: стол, пару стульев, закрытый несесер, кювету с неприятной на вид жидкостью и запертую дверь с внутренней зеркальной поверхностью.
За спиной у него кто-то был, но кто и что именно этот кто-то там делал было, пока что, не разобрать.
Маски, обычные, серебрёные, однозначно указывающие на грядущих участников начинающегося действа, пока что в поле зрения гражданина Доусона тоже не попадали...
Если вдуматься, практически как в Хогвартсе из влажных мечт Филча.

+7

7

Беллатрикс нужно, пожалуй, не более чем пять минут, чтобы окончательно переключиться с задачи на задачу. Промедления и отдыха у них быть не может, она это прекрасно знает, а потому подходит к процессу достаточно рационально - отвлекаться в ближайшие часы им не стоит, а в общем и целом ничего так не влияет на ход допроса, как явно сбивающиеся дознаватели. Тем более, что по ее расчетам еще какая-то небольшая, не больше горсти, россыпь минут у них есть до того момента, как аврор не очнется.
Как бы то ни было, за пять минут она успевает многое - торопливо выкурить сигарету, жадно затягиваясь и глотая дым - очень хотелось все то время, пока она мерила шагами заснеженное поле, но занимать руки было нельзя даже на мгновение, неизвестно же, когда сработает порт-ключ. Потребовать две чашки кофе - сварить сама не успеет, пить придется горькую отраву, которую и сахар-то не спасет, но сейчас плевать, лишь бы горячее и немного разогнало кровь. Перечное зелье - это обязательно. И что-нибудь Долохову...
Роль снабженки Белле не слишком-то нравится, но каждому сегодня свое, через неделю ей и вовсе изображать из себя разносчицу в поезде, так что что жаловаться смысла нет. Впрочем, жаловаться никогда нет смысла - Белла может быть сколько угодно не рада тому, что ей поручили, но делать она будет и делать при том с полной самоотдачей.
Она сбрасывает пальто где-то по дороге, скалывает растрепавшиеся от ветра волосы, а потом надевает маску - металл холодит и без того раскрасневшиеся щеки, но это пройдет.
Старший аврор Доусон висит без сознания в лучшем виде. Белла бросает на него короткий взгляд, без следа жалости в прорезях масочных глазниц, скорее оценивающе - чисто физиологически, прикинуть, насколько выносливым он может оказаться.
Потом она со стуком нарушает ровный натюрморт на столе, добавляя туда две щербатые чашки с горьким, крепким кофе, от которых еще поднимается пар, два флакона с перечным зельем и тарелку с бутербродом - щедрый кусок мяса на не менее щедром куске хлеба. Все выходит как-то по-бытовому, просто. Не первый и не последний раз, в конце концов. Им тут до самой ночи сидеть, если и не всю, аврор выглядит крепким.
Белла отходит к Долохову и прислоняется к стене, дожидаясь, пока Доусон придет в себя.
Надо подумать, что подарить детям, она опять ничего толком не успела.

+5

8

[AVA]http://s5.uploads.ru/t/YA0ik.jpg[/AVA]
[NIC]Dawson[/NIC]
Прекрасный вечер после сложного трудового дня - отличный повод пойти домой. По крайней мере, отличный повод для бравого труженика и старшего аврора. Доусон собирался сначала заскочить в магазин, прихватить немного еды, обязательно - крепкой выпивки. И только потом отправляться в небольшую квартирку на северной окраине Лондона. В его возрасте одинокому мужчине больше и не надо для счастья и полного душевного спокойствия.
Можно даже было взять немного индейки. Не целую, конечно, но, например, ножку. И сделать отличный рождественский ужин.
Аврор почти дошёл до магазина, когда в спину почти незаметно для кого другого, но достаточно чувствительно для того, кто посвятил всю свою долгую жизнь службе родине, что-то ударило. Доусон даже начал разворачиваться, но перед глазами потемнело, мгновенно скрутило, сжало, встряхнуло принудительным перемещением.
"Я слишком стар для этого дерьма"
Мелькнувшая мысль, рефлекторно дёрнувшаяся в заученном движении левая рука к значку, послать сигнал помощи. Правая одновременно вытаскивала палочку.
"Расслабился..."
Мысли оказались намного быстрее рук. Даже тренированных десятилетиями рук. А кто-то оказался ещё быстрее. Показалось, об голову ударилось что-то очень тяжелое, перед глазами потемнело, а следом и сознание рухнуло в пропасть.

Очнулся аврор от того, что руки затекли в неудобном положении. Затекли и болели. Хватило всего пару секунд и одного неудачного рывка, что бы понять, что они связаны. Да и сам он висит... где-то.
"Скримджер меня убьёт"
Первая связная мысль, посвящена собственному начальству. Молодец. Так держать.
Пришлось приоткрыть сначала левый глаз, а затем и правый, что бы оценить куда его занесло вместо уютной кухни с ароматно пахнущей индюшиной голенью духовкой. Темное, неприятное, давящее помещение. Не нужно иметь много ума и фантазии, что бы понять, что его сюда не на чай пригласили.
- Жертвоприношение Фрейру проводится не так. Вы все перепутали.
Язык не особо слушается, и он не знает слышит ли его кто-то, но чутьё подсказывает, что слышит.
- Я не вижу полена, не вижу падуба, и Солнечный Король предпочитает кабанятину, а не человечину.*
"С рождеством тебя.."

*

я честно взял самые быстрогуглящиеся традиции Йоля.

Отредактировано Rufus Scrimgeour (2017-06-05 12:39:10)

+7

9

- Спасибо, - признательность и благодарный взгляд, это почти что роскошь сейчас, когда предстоит отринуть всё человеческое на несколько часов, самому отказавшись от заповедных правил ведения военных действий. Это - самое тяжкое и требует некоторых усилий, пусть даже Долохов первым скажет: на войне излишнее следование законам чести сплошь и рядом приводит к смерти, особенно когда уже обе стороны не подтормаживают на поворотах.
И Антонин первым ответит - "Пускай!". Только его это "пускай", оно за себя решение, только и исключительно. А вот "за своих" - другое дело, и в этом стороны конфликта тоже равны: Долохов на сто тысяч процентов уверен - за своих Скримджер сунется в пасть дракону. Уверен, и не делится этой уверенностью ни с кем, не желая из неё делать оружие.
Это - за гранью.
Пока что.
Только пока...
... и Антонину очень не хочется пока что, раньше времени, эту грань преступать.
Тем не менее Беллатрикс он благодарит до. До того, как выкладывает из головы ум, честь и совесть.
- Ещё б ты видел полено, чай им по затылку огрёб, а не в глаз...
Чашка кофе невероятно заманчива, но Долохов обходит пленника, маска, прикрывающая его лицо - дань светским условностям и не мешает алчно вцепиться в бутерброд, умостив задницу на столе.
- Есть - пить не предлагаю, чтобы сберечь доброе аврорское имя... а вот сотрудничество вроде как предложить обязан. Как, мистер Доусон, будем сотрудничать?
Безразличие. Всё это - простая формальность, начальная беседа, прощупывание, не более того... Знакомство, которое упрощает дальнейшее взаимодействие...

+5

10

Маска на ее лице - тоже дань традициям. В поле они обычно без масок не работают, но это больше средство устрашения для магглов и для обывателей, а не какая-то функциональная деталь. В конце концов, какая может быть функциональная деталь, если с ее ростом, с ее голосом, с ее манерой одеваться и с ее копной волос. Или, к примеру, с запахом дыма от ее кожи. Можно использовать Оборотное зелье, но они его не используют, используют лишь бесполезные маски... а это, увы, верный показатель того, что очень долго аврор Доусон не проживет. Или проживет, конечно, но повредится рассудком так, что из его памяти уже никто никогда не извлечет образ высокого мужчины и встрепанной низкой женщины, которые могут быть ему подозрительно знакомы. Особенно она.
Долохов-то что, Долохов здесь давно вне закона, еще с тех пор, как она была Рудольфу только невестой.
Она провожает Антонина взглядом - ей видно старшего аврора Доусона только со спины, в этой его неудобной позе, а подходить она пока не планирует. В конце концов, он пока и не подозревает о ее, Беллатрикс, здесь наличии. А значит его тоже можно будет развернуть в свою пользу. Чуть позже.
Беллс поправляет маску и смотрит на потолок, думая о своем.
Ориону можно подарить какой-нибудь забавный артефакт.
А Ариадне?

+6

11

[AVA]http://s5.uploads.ru/t/YA0ik.jpg[/AVA]
[NIC]Dawson[/NIC]Кофе и бутерброды. Как прозаично. "Пожиратели тоже люди, им тоже кушать надо" Мысль вызывает приступ смеха. Конечно, он вряд ли отсюда выйдет. Вряд ли его спохватятся раньше, чем закончатся его выходные. Вряд ли он столько проживет. Для безумного смеха еще будет время, а пока даже почти не страшно. Но будет. Доусон не мальчик и видел в этой жизни достаточно. Он не питает иллюзий. Это только в книгах пленники гордо плюют в лицо палачам, не издавая ни звука, пока из разрывают на кусочки. Может, у кого-то и хватило бы силы повторить подобное в жизни. У него не хватит. Главное - что бы хватило сил не сказать слишком много слишком важного. Значит, лучше начать с полного отрицания. Даже если он согласится сотрудничать - остаток его жизни это не облегчит.
- Какой не оригинальный способ вербовки. Давайте сократим действие и не будем тратить ни ваше ни мое время. Я скажу, что сотрудничать не буду, вы зададите еще пару подобных вопросов, пока не дожуете свой бутерброд, я снова откажусь, потом вы станете задавать вопросы по-плохому, я буду кричать, но толковое скажу вряд ли. В итоге вы все равно меня убьете. Так, может, начнем сразу с последнего пункта и все успеют отметить Рождество? Я по ту сторону, вы по эту?
Отвратительное ощущение беспомощности и невозможности изменить ситуацию. Страха все еще нет, но присутствует определенная нервозность. "Артефакты все забрали? Ничего не пропустили? Значок-то в первую очередь, наверное... Экранировали или уничтожили? Вряд ли по нему найдут..."
Кажется, если заговаривание зубов не поможет, а оно не поможет, можно попытаться разозлить. "Или, может, просто соврать?" Сотрудники аврората не поддаются действию веритасерума, по крайней мере, это отнять было нельзя. Значит, надо придумать правдоподобную ложь. Такую, что бы вылетала с криками даже тогда, когда сознание от боли испаряется как капли воды в костре.

Отредактировано Rufus Scrimgeour (2017-06-13 13:16:42)

+3

12

- Ну что ты. Смерть надо ещё заслужить. Это вы - хорошие, а мы, если ты забыл, - плохие, - вот как раз думать Антонин давать не собирается - трезво оценивает старшего аврора как того, кому мариноваться в собственном страхе пока что рановато. На взгляд Тони главную ошибку в своей жизни (оставшейся, конечно), аврор уже сделал - позволил себе отвечать. Убедить инстинкты что теперь вдруг надо заткнуться  ему уже будет сложно - инстинкты, это не мозги, не воля, не сознание и даже не дух, они галочки можно и нельзя расставляют совершенно иначе.
И веритасерум тут совсем не при чём.
Может быть поэтому бьёт Долохов без предупреждения и точно, прямо в солнечное сплетение, так удачно растопыренное для пользы дела завёрнутыми вверх руками, от бутерброда в левой руке он откусывает сразу после того, потому что всё равно же придётся теперь подождать. Изображать интерес к "пленному" он себе труда не дает, напротив, совершенно равнодушен. Жаль, ему особо некому дарить подарки, а для близких всё уже давно заготовлено, - приходится думать об Англии.
- У вас в сводказ как написано? Тёмногмагические ритуалы, некромантия, запретные... так что не будет у тебя, старший аврор Доусон, никакой той стороны.
Для следующего удара Антонин всё же отрывает задницу от стола - посылать в нокаут нужно почти с ювелирной точностью, если хочешь, чтоб посланный потом, сквозь лёгкую пелену в голове, мог отвечать.

Когда аврор Доусон приходит в себя, он слышит продолжение давней какой-то истории, самое страшное в которой - то, что её явно рассказывают не для того, чтоб его напугать.
-Поэтому допиливать до конца я не стал, - Антонин сидит на столе и болтает ногою, тарелка с бутербродами исчезла, а чашка явно давно опустела, - вместо этого можно разделить кость вдоль, а не поперёк, это не очень трудоёмко, артерии не задеть элементарно, а нет кровоизлияния - нет и шока, зато, как ты можешь понять - больше поверхность воздействия - больше ощущений, и получается цикл: костерост - разделение - костерост. Заклинание не зарегистрированное, но не тёмное, аврорам не маячит, а зелье так и вовсе в любой лавке...

+6

13

Первое время ее, кажется, даже немного выворачивало от всего этого наизнанку. От способов, конечно. В конце концов, она была приличной девочкой и сам подход... сам подобный подход был для нее достаточно сложным. Конечно, она и дралась в детстве отчаянно, в ранней юности тоже, конечно, она тогда, когда они остались с Рудольфом наедине в "бункере" держала скальпель сама... Но все было не так. Драться, убивать, пытать Круциатусом, использовать Непростительные... Все это было иначе, чем все остальные взрослые, серьезные вещи, которым ее здесь учили. И которым она в итоге научилась.
Забавно, как быстро порой учишься тому, что когда-то давно считал невозможным и неправильным. И как быстро что-то "неправильное" в принципе перестает тебя останавливать.
Долохов, в общем-то прав, да, у них развязаны руки тем, что их считают "темными". С точки зрения войны это крайне удобно - они могут все, что угодно, нет никаких рамок и рубежей, которые им нельзя было бы переступать. И стопоров тоже нет.
А благородство... Она быстро привыкла, что то, что считалось благородством на Слизерине, здесь выглядит чуть иначе. В конце концов, они воюют, а на войне все средства хороши.
Пока аврор Доусон находится без сознания, Белла подходит ближе и тоже приобщается к чашке кофе, но позицию теперь занимает сбоку - боковым зрением ее видно, но вертеть головой старшему аврору Доусону все равно придется. На нервы это тоже может здорово действовать.
Впрочем, то, что Долохов ей рассказывает и правда интересно - за время чужого "отсутствия" они успевают обсудить немало интересных вопросов и ей почти что даже жаль.
- Говорят, можно даже бытовыми, но сложно. Пробовал?

+3

14

[AVA]http://s5.uploads.ru/t/YA0ik.jpg[/AVA][NIC]Dawson[/NIC]Что ж, на то, что ему поверят и правда просто убьют, Доусон не особо и рассчитывал. Это было логично - поверить на слово пленнику, у которого нет выхода, что тот ничего не скажет, было бы даже глупо. А пожиратели были какими угодно - темными, злыми, жестокими - но не глупыми. По крайней мере, большинство из них. Не заставило вздрогнуть и знание его фамилии и звания. Конечно, брали его прицельно. Конечно, сначала узнали о нем достаточно, что бы схватить. Не было же это спонтанной акций. "О, смотри, вон аврор идет, а давай украдем и допросим". Подобный вариант развития событий вызвал бы нервный смех, если бы не удар.
Не будь руки подвешены к потолку, Доусон бы сложился пополам, пытаясь отдышаться. Сложиться пополам не получилось бы при всем желании. Он только дернулся, хватая ртом ставший вдруг таким дефицитным воздух. По спине проползли мурашки - били со знанием дела, так, как другие между делом ставили печать в бумагах. Опытного аврора, который и сам не раз проводил допросы, подобным равнодушием не напугаешь и не впечатлишь. Скорее все более отчетливым было осознание, что просто не будет. Будет больно. Доусон был нормальным человеком, боль он не любил.
Следующий удар рассыпался снопом искр перед глазами.
Голоса доносились откуда-то издалека, будто сквозь толщу воды, постепенно приближаясь. Руки затекли и плохо ощущались. Туман в голове мешал мыслить связно, но если мысли какие и были, все равно не отличались приличием, составляя набор непечатных выражений. "Что б вас всех пересажали. Страстный поцелуй дементора каждому за мой счет".
Один из голосов женский и Доусон поворачивает голову, что бы увидеть третьего участника спектакля. Низенькая, темноволосая, тоже под маской. "Ну и зачем вам маски сейчас? Хотите напугать - сняли бы, пугало бы больше. Точно знать кто. И точно знать что теперь живым не уйду. Позеры."
- Можно даже убивать бытовыми заклинаниями. Это вы себя не ограничиваете в средствах. А нам приходится.
Он тоже вполне мог рассказать ужасов со службы. За чашечкой кофе. А лучше - виски. Но больше не будет ни кофе, ни виски, ни... Вообще ничего не будет. "Как это глупо..."

+4

15

- Пробовал. Но для этого нужен специальный настрой. Не всегда это... о, мистер Доусон очнулся и готов поучаствовать в беседе. Надо же...
Антонин не торопится с продолжением. С одной стороны - действительно можно убивать и бытовыми. И он-то вот именно таких умельцев сажал бы в Азкабан или в Мунго, а палочку бы ломал. Потому что это не добро и не зло, не Непростительные, не убийство даже. Это просто маги, которые действительно не понимают, чем живое от неживого отличается, а "нельзя" отличается от "можно". Это не они и не авроры, преступающие это разделение сознательно - хотя практически всех участников текущей войны Долохов искренне считает нужным выслать или убить. Это как чума. Зараза. Сумасшествие. Бомба замедленного действия в каждом из них.
Но до победы так далеко, что про это пока что можно не думать.
Думать следует о другом.
Например помедлить с "мерами устрашения", дать Белле время подумать и задать вопрос.
Белле, да...
Мистер Доусон совсем дурак, если думает, что маски сейчас - для того, чтоб их не узнали. Мерлин упаси, кто может не узнать под маской Беллатрикс? Эти волосы, эти плечи, эти... движения? Тот, вероятно, кто ни разу не видел ни её, ни ориентировки на неё.
Кто может перепутать его рост, вес, акцент и возраст, есть на нём маска или нет? Что, за Каркарова примут? Не смешно даже.
Нет, маски сейчас были для безразличия мимики, а не для анонимности, для того, чтоб проще было владеть своим, таким удобным, серебрёным лицом. Точечки. Дырочки. Никакой физиогномики.
- Глядишь на глоток кофе заработает...

Отредактировано Antonin Yu. Dolohov (2017-06-26 16:12:20)

+3

16

В средствах не ограничиваете...
Аврор, по-хорошему, прав, в средствах себя Пожиратели и правда не ограничивают - ну так кто им, аврорам, виноват, что они не могут так же. Это несомненный плюс "темной" стороны - возможность действовать вне каких-то придуманных рамок и оставаться при том... Ну, пожалуй, что как раз человеком и оставаться, в конце концов, что бы там не говорили по ту сторону, нелюдем себя Беллатрикс не чувствует. Она никого не чувствует, когда-то давно, еще после первого убийства, она научилась щелкать внутри себя этот мелкий рычажок и не думать. Не думать о том, что по ту сторону баррикад - тоже люди. Потому что если будешь об этом думать - умрешь, о, этот урок она усвоила великолепно. Намертво. Впечатала, словно выжгла где-то глубоко внутри. Потому что никогда, никогда не будешь выполнять свою работу хорошо, если будешь видеть в них людей. А авроры, интересно, видят? Может быть и видят, потому так паршиво и работают.
Беллатрикс подходит ближе, наконец-то полностью оказываясь в поле зрения аврора. Ее, пожалуй, и правда очень тяжело не узнать - для этого надо вообще ни разу не видеть ее вне дома, вне платья, которое она хотя бы иногда, но надевает. Для этого надо просто хотя бы раз увидеть ее на работе, в деле - и вполне можно узнать.
Она останавливается напротив. Забавно, но Белле лучше удается работать с женщинами, возможно, потому, что они другие. Или потому, что она знает, что нужно сделать с женщинами этого общества, чтобы развязать им язык. Впрочем, разницы-то, кроме точек давления, никакой.
- Расскажите нам лучше, аврор Доусон, что там с покушением на заместителя вашего главы. Вы, говорят, близко подобрались к виновнику?

+3

17

[AVA]http://s5.uploads.ru/t/YA0ik.jpg[/AVA][NIC]Dawson[/NIC]
Ладно, это все лирика. Он зря, что ли, висит тут - что бы провести сравнительный анализ методов аврората и пожирателей? Ну так тут все просто - аврорат хотя бы пытается делать вид, что действует в рамках законов - не зря надпись между кабинетами начальства и над картой Британии гласила при определенных условиях негласное правило, установленное этим самым начальством "не попадись".
В каждом человеке нужно видеть человека, прежде всего человека - иначе так легко перешагнуть ту грань, за которой начинаешь чувствовать себя богом. Или, скорее, ребенком с оловянными солдатиками. Пиф-паф, солдатик лег, изображая убитого. Авада Кедавра - солдатика отбросило и он больше не встанет. Империо - и отряд послушных оловянных болванчиков марширует в пропасть. Так легко - и совесть не мучает. Если это всего лишь кто-то неодушевленный - его можно потом починить. Или заменить - и потерь не будет. Этим они, наверное, тоже отличались. Потому что потери будут. Каждая смерть - потеря для Британии. Потеря для магического мира. Потеря для его семьи, друзей. То, что нельзя восполнить. Каждая смерть - даже вот этих двоих, хотя уж они-то заслуживают исчезнуть. "Поймать бы вас - ах, какой шикарный был бы повод перетрясти эти неприкасаемые чистокровные фамилии." Мечтать не вредно.
Сдаваться Доусон тоже не собирался - морально сдашься - и сломать станет намного легче. Но и особо надеяться не стоит - что бы не решило подсознание путем выдачи информации продлить обреченное уже существование.
- Можешь засунуть кофе себе... - Аврор подробно, стараясь смотреть прямо в глаза в прорезях, не стесняясь присутствия дамы, объяснил куда именно. В конце-концов, когда дама надевает маску - она перестает быть таковой. И повернулся к этой самой даме. - Да, мы скоро поймаем виновного и, уверен, он расскажет много интересного. Все документы по делу уже утром будут лежать на столе Скримджера.
Блеф, конечно. Пожалуй, прямо под одиннадцатой заповедью над картой стоило добавить двенадцатую - доверяй главе аврората и ставь его в известность о своей деятельности. Тогда, если убьют, точно будет кому продолжить. "Ничего, кто-нибудь догадается посмотреть мои бумаги"

+2

18

Долохову, он сам так считал, в изрядной степени повезло - богом он никогда себя не считал. Сказывалось ли специфическое воспитание, не лишённое религиозных влияний, или странный жизненный опыт. но где Бог, я где он? Все вокруг были люди, все - человеки. Со своими слабостями, талантами, достоинствами и теми струнами в душе, которые верующие называли "грехами" и "добродетелями". От смены слов на менее христианские суть человеков не менялась. Даже маги, лучшие из них, а Долохов полагал, что был знаком с лучшими из них, в первую очередь были человеками. Говорят, в Средние века было несколько, поставивших магию превыше всего - так они очень быстро "плохо кончили". Быстро и глупо.
Сам Долохов в противнике человека видел всегда.
Другое дело, что часто оно того не стоило - просто нечего особенно было видеть. А так числились за ним иногда странные осечки, когда вместо того, чтоб без хитростей заавадить магла, Антонин вдруг разменивался на куда более сложное технически похищение, тащил в один из домов "пленных", а потом, бывало, и отпускал: заавадить для статистики и устрашения можно любого, не обязательно подающего надежды художника, музыканта или мецената. Впрочем, там, где они работали такие личности были редкостью - тут или нищета, или богатство, никак не средний класс, а планы рейдов в более процветающие кварталы он самолично проверял.
Проблема была в том, что уж авроры-то, как и сам Долохов, поставили себя вне намерения умереть своей смертью в постели среди родичей. Поставили сознательно, получали за риск некоторые привилегии, а значит, в широком смысле этого слова, были кондотьерами Войны, и ждать к себе милостей для них было как-то страннно.
- Дурашка, как же они будут там лежать, если ты здесь висишь?
Это был даже не вопрос, а пояснение, раз уж за маской лица его не видно. Ладно, в конце концов аврор имеет право помереть героем. Если выдюжит.
Антонин поднимается со стола и неторопливо, умело, начинает распаковывать господина Доусона из одежды, словно вынимает рождественский подарок из обёртки... Оглядывается на середине процесса на Беллу, хмыкает, и оставляет подвешенному товарищу штаны.
А потом коротко бьёт пониже шлиц и пуговиц, куда-то в область почек и мочевого пузыря, чтоб господину Доусону скучно не было, пока он, Антонин,  приводит в рабочее состояние  любимый, с истёртой ручкой, нож.

+2

19

Всегда интересно смотреть на то, как люди ведут себя в плену. Как бы себя вела она, интересно? Она как-то давно уже смирилась с мыслью, что тоже однажды попадется. Но мысль о Нем придавала сил всегда. А когда она по эту сторону решетки, образно говоря, всегда было несколько странно... странно смотреть на то, как они ломались. Не все, конечно. Многие. Как приходило к ним осознание близости смерти - Беллатрикс слышала о людях, что испытывали в такие моменты какой-то острый душевный подъем, видя, слыша поступь чужой смерти. Она такого подъема не испытывала. Рудольф не испытывал тоже, хотя убивал много и часто - она училась у него этому безразличию, у него, у Лорда, у многих других, в какой-то момент поняв, что страшнее не желание убить, не желание причинить боль. Страшно не то, что кто-то получает удовольствие от того, что пытает другого человека и не то, что убивает другого. Страшно то, когда не испытывает. Когда дарит боль, дарит смерть - и внутри не дергается ничего. У нее еще дергалось, но слабо и вяло, она, как говорил иногда Лорд, была слишком импульсивной, чтобы просто так миновать этот рубеж. И никак не могла решить, хорошо это или плохо.
Вот и сейчас она смотрит на Долохова, на то, что он делает и думает, запоминая каждую мелочь. Вот уж кто действительно профессионал в своем деле. Впрочем, Антонин для нее всегда непонятная карта, как джокер - не поймешь толком, где у него еще какой-то секрет.
Она приподнимает бровь, не понимая, почему Тони так на нее оглядывается - что, думает она голых мужчин в жизни не видела? Видела и одетых, и голых, и даже с напрочь содранной кожей, так что ничего особо нового для себя не узнает. Но спрашивать она не собирается, это против правил, а потому переводит взгляд на аврора обратно.
- Мистер Доусон, - она вздыхает терпеливо, добавляя в голос почти что улыбку, дожидаясь, пока он оклемается после удара. - Вы прекрасно понимаете, что живым отсюда не уйдете. Вопрос только в том, какими будут последние часы вашей жизни. Насколько неприятными. Если вы поговорите с нами, то умрете быстро. Если нет... то вы все равно умрете, но будете мечтать о смерти довольно долго. Очень долго. Целую вечность, если потребуется. Так давайте не будем тратить ни ваше, ни наше время. Расскажите нам, что вы накопали?

+2

20

Доусон только усмехается в ответ, стараясь выглядеть нагло и бесстрашно. Все они, хоть и немного, а идеалисты. Пожиратели смерти, например, определенно верили какой-то своей идее. Даже, не смотря на мнение большинства, она, скорей всего, звучала не как "постараемся убить и замучить как можно больше невинных граждан". В какой-то мере это был... Как выражалось иногда начальство, кружок по интересам. Аврорат кружком не был. Это была служба, работа, путь. Путь, в котором не важны убеждения за ее пределами. Но и служба, у которой нет и не может быть пределов. Что стоило сейчас старшему аврору плюнуть за свое звание и рассказать все, что знает, спасая последние часы жизни? Он же не был идеалистом, который "все во имя добра". Он был просто человеком. Со своими слабостями. Даже не остановили бы последствия - выбора "скажи и мы тебя отпустим" ему не давали, да и если бы дали - какая вера тем, кто в масках? А если он и так и так умрет... Что ж, маленькая слабость Доусона заключалась в желании не мучаться перед смертью.
Скалится насмешливо, когда мужчина с узнаваемым акцентом деловито лишает его одежды. Да, без сомнения, аврорат - не пристанище идеалистов. И, все же, отвечать на вопросы он не будет. На сколько хватит сил. И не потому, что хочет умереть героем - кто узнает о его героизме? В лучшем случае - узнают куда пропал. И то, если эти господа террористы и преступники плохо заметут следы. Нет, просто потому, что так будет правильно.
Доусон всхлипывает невольно, когда кулак впечатывается ему в почки, смирившись и даже не пытаясь разогнать черно-багровые круги перед глазами.
- Идите-ка вы. Сами покопайтесь. - Хрипло выдыхает в ответ на доносящееся сквозь ватную пелену боли предложение девушки, стараясь отдышаться. Выплевывает слова с ненавистью, совершенно искренней. Да, так хорошо. Лучше их ненавидеть. Доусон знал себя - равнодуше позволит сломаться, а вот ненависть - может стать отличным подспорьем упрямству. На страх боли его не возьмешь. Аврорат - не клуб по интересам идеалистов, но каждый, кто решил связать свою жизнь с этой службой, каждый, кто решил стать наследником Ордена - готов умереть за свое дело. Не за идеалы. Просто во имя клятвы, которую дали[AVA]http://s5.uploads.ru/t/YA0ik.jpg[/AVA][NIC]Dawson[/NIC]

+3

21

- Видимо придётся. Как вы там сказали? Покопаться...
Антонин делает шаг назад и щёлкает обыкновенным пружинным ножом, не размениваясь на пафос.
- Вы уж только сделайте одолжение, не дёргайтесь... а то перитонит ещё... Знаете, что такое перитонит?
Долохов не торопится, придерживая жертву за плечо, чтоб не крутился и аккуратно взрезает оголённую кожу. Боль на самом деле, он по себе знает, вполне терпима и он не ожидает от аврора Доусона никаких эпических признаний, готовности сотрудничать, или громогласных воплей.
Не сейчас...
- Хотя откуда бы тебе знать? Ты ж чистокровный, - при всём своём стремлении к равному отношению, ты ничегошеньки не знаешь о волшебном мире маглов. Разве что уверен, что они не жрут младенцев в колыбели. И это своё знание почитаешь за передовые взгляды на мир.
Всё это увещевание Антонин сопровождает действиями - разрез, который он делает, тонок и короток, едва ли можно просунуть в такой ладонь. Да и то не его, а барышни какой-нибудь. Из барышень здесь только Беллатрикс, и совать ей руки в самое нутро аврора Тони подождёт. Вместо этого он неторопливо роется в нагрудном кармане, перезвякивая мелочью и вполголоса чертыхаясь про немецки и по русски.
Поиск его завершается извлечением за хвост вполне себе живой, но не очень довольной таким поведением крысы.
- В общем, сам я копаться не буду. Как говорится в сказке моего детства: "обскачи-ка сперва моего младшего брата"...
Края пореза Антонин раздвигает свободной рукой, опуская животное во влагу, тьму и тепло чужих кишок, а потом смыкая обратно края. Одного заклинания вполне достаточно, чтобы кое-как их срастить, а лечение "на века" тут не требуется вовсе. Тони надеется, что первые несколько минут, пока зверёк не кусается от страха, не сжирает изнутри, а просто бегает, коготками задевая кишки и прочее наполнение аврора Доусона оный суровый муж вопить не будет, так что Белле он при этом поясняет:
- Примерно это и называется "запустить в организацию крысу"...

+2

22

Щелчок ножа прошелся по нервам, но это было почти ожидаемо. Не будут же с ним болтать, периодически впечатывая кулак в то или иное беззащитное место, пока он, Доусон, не умрет от скуки. Пожалуй, такого количества времени не было ни у одного из тут присутствующих. Наверняка маленькая женщина хотел как можно скорее вернуться домой, к мужу и двум малюткам-наследникам. А большой мужчина... ну, наверное, тоже к кому-то хотел вернуться. А сам аврор вернуться в землю. Прах к праху, конец и новое начало. Все это было теоретическими измышлениями, но боль от пореза разогнала окончательно пелену перед глазами.
Доусон сжал зубы, не издавая звуков. Недостаточно больно, что бы боевой оперативник воспринял это как серьезное повреждение - но наверняка только подготовка к дальнейшим действиям. И что он собирается запихивать? Руку? Железо? Камни? Что-то горячее? Просто влить зелье, которое будет разъедать изнутри?
В какой-то момент старший аврор поймал себя на том, что просто с интересом перебирает варианты дальнейших действий, без страха и каких-то эмоций. Даже забавно было гадать - как когда засовывает руку в корзину печений с предсказаниями - и ждешь что будет в том, которое попадется. Некстати вспомнилось что как раз сегодня, перед выходом с работы, он получил пустую бумажку. Посмеялся еще, что забыли подписать.
Маленький серый зверек закопошился во внутренностях, а Доусон замер от ужаса, не в силах выдавить ни звука. Он искренне не любил крыс, и то, что зверь, бьющийся в агонии нехватки воздуха, станет делать с его внутренностями, не приносило ничего, кроме ужаса. Он молчал - потому что горло перехватило. Ощущение как то-то перебирает внутри маленькими лапками было из разряда сюрреализма и отвратительной совершенно реальности.
- Вытащи. Вытащи, пожалуйста. - Хрипло и все еще тихо.
[AVA]http://s5.uploads.ru/t/YA0ik.jpg[/AVA][NIC]Dawson[/NIC]

+3

23

Давным-давно, еще будучи молоденькой и впечатлительной дурочкой, Беллс читала всякие разные книги про пытки. Магические, разумеется, это было частью одной из книг по темной магии, которую крёстный Руди дал ему из своей библиотеки. Впрочем, автор этой книги то ли скрывал свое происхождение (в чем Белла не была уверена), то ли просто был фанатиком своего дела (и здесь она уверена была), но приводимые им примеры из маггловской истории были чуть ли не красочнее примеров магических пыток. Не говоря уж об иллюстрациях. Магглы были весьма изобретательны в том, чтобы навредить ближним своим и Беллатрикс, признаться, была несколько поражена некоторыми способами - зачем все это, если есть простое и привычное Круцио?
И вот Долохов наглядно показывал, зачем - никакое Круцио не могло бы произвести такого эффекта, как произвела эта серая хвостатая дрянь.
"Как она там будет дышать, интересно? С другой стороны, ее агония будет стоить аврору Доусону очень многого..."
К счастью, по ее лицу по понятным причинам ничего нельзя прочитать, но Белла чувствует не сострадание, хотя при ее жизненном пути чувствовать сострадание было бы странно... она чувствует... безразличие.
Как, однако, легко принять для себя, что это война. Как легко смотреть и при этом не чувствовать никакой эмоциональной связки с этим человеком, потому что Белла раз и навсегда запретила себе ее чувствовать. Поэтому она просто подаётся вперёд, чтобы видеть его лицо.
- Если расскажете все, что мы хотим знать - вытащим.

+3

24

крыса живёт без воздуха минуты 3-4, считаем, что в авроре Доусоне воздухе ещё на минуту.
Круг у нас 5-7 секунд. Итого: 3:55

- Зачем? У меня другая есть...
Эту самую вторую Антонин берёт за хвост, перенося на колено, - прикармливает сухарём, поудобнее устроившись на столе, и даже терпит появление крысиных какашек: достаточно сухих, чтобы надолго на брюках не задержаться, зато живописно украшающих теперь вполне видимую аврором поверхность пола. Реальность, данная им всем в ощущениях.
Впрочем, реплика Беллатрикс приходится как нельзя кстати - должен же тут быть "добрый следователь". Интересно, внешне патриархальному аврору будет проще просить у дамы, или внутренние скрепы вздыбятся и станут поперек горла? За такими вот внутренними предпочтениями Долохов всё еще наблюдает с интересом. Они, да еще, собственно, информация - то, что ему всё ещё интересно в данном процессе. Всё прочее - довольно унылые сопровождающие действия. Хорошо ещё, что допрошаемый замер и не орёт. Похоже, в этот раз удалось угадать с почти первого раза. Надо же... такой серьёзный дядечка, а поди ты.
Интересно, как женщины вынашивают? У них же тоже... внутри, говорят, шевелится...
Тони прихватывает крыску за хвост, чтобы не катапультировалась на пол в поисках убежища, но гладить не лезет - эта, достаточно голодная, чтобы взять сухарь, при случае пальцы отгрызёт - самая что ни на есть дикая тварь, за нею глаз да глаз нужен, а то лови потом по всей Ставке, пока Лорд не приметил. Крыс, тараканов и пауков в соседях Милорд потерпит ещё меньше, чем авроров.

+3

25

Шевеление внутри становилось судорожным и все более хаотичным, крыса явно начинала паниковать. Доусон уже не то, что бы слушал что ему говорят - он с ужасом ждал первого укуса. Все же, это было совсем, совсем не то, что боль извне. Боль внутри - с первым укусом, первыми царапинами от мелких но острых коготков - в глазах почти животный ужас.
- Нет. Нет, что б вас всех
Голос осип мгновенно, горло сжималось спазмами - но это даже хорошо. Меньше шансов, что сможет что-то рассказать, поддавшись панике. Вдох-выдох. Вскрик. Вдох-выдох. Вскрик. Спокойно, старший аврор. Оставайся в своем уме. Ты достаточно показал искреннего страха - пора загонять его поглубже. Помни, с тобой все кончено. Какая разница как ты сдохнешь - если результат один. Пусть больно. Пусть неприятно. Тебе нечего бояться. Бояться надо остаться калекой. Или когда есть шансы. Раньше можно было. Теперь - уже все равно. Ты труп, Доусон. рупы не бояться. Трупы не болтают. Даже если трупам очень больно и страшно. И хочется выть.
Он скрежещет зубами. Кажется, стискивает их с такой силой, что они вот-вот начнут крошиться.
Что там делать положенно попавшим в плен? Раскусывать яд? У него такого нет. К сожалению. А как было бы хорошо... Просто раскусить искуссно спрятанную ампулу с зельем. И тихо умереть. Или пусть оно взорвалось бы во рту, разнося голову на кровавые ошметки. Как бы понравилось этим двоим, чистокровным, чопорным - даже пусть один не англичанин, но явно с чувством вкуса - как бы им понравилось, если бы их забрызгало аврорскими мозгами?
Дожил, называется. Мечтает о яде, как до этого мечтал о хорошем вине. О яде. И о собственных мозгах на лицах его палачей.
- Пошел. В. Задницу.
Что там еще можно, из доступного? Нет, не повеситься - для этого надо остаться одному, а такое не светит. Вывести из себя? Тоже нет, вряд ли он сможет действительно задеть - особенно мужчину. Слишком уж он спокоен - пропустит его слова мимо ушей, наверняка.
Откусить язык? Отличная мысль. Благо, зубы сами сжимаются от каждого укуса зверька внутри. И после следующего крика он старательно высовывает язык, прихватывая его зубами
[AVA]http://s5.uploads.ru/t/YA0ik.jpg[/AVA][NIC]Dawson[/NIC]

+1


Вы здесь » Marauders. Brand new world » Настоящее время » Здесь никто не услышит твоего крика